Дважды в одну реку

– Юлька, а он откуда взялся-то? Его давно здесь не было. Он даже не поздоровался с тобой! Значит, чует свою вину… Ты как? – спросила Верочка. – Не обращай на него внимания! Много чести! – добавила она, придвинув ближе ко мне свой стул.

– Да, я и не обращаю, – тихо сказала я.

Первое волнение уже прошло, и я почувствовала себя спокойнее. Но его появление все же всколыхнуло мои воспоминания. Настроение испортилось. Видимо, кто-то из наших общих друзей сообщил ему, что я здесь. Мне вдруг захотелось уйти, потому что подсознательно я чувствовала, что появился он здесь не случайно.

А значит, хотел поговорить или что-то объяснить. А мне теперь совсем этого не хотелось. Но встать и сразу уйти мне было неловко, а демонстративно у всех на глазах устраивать сцены я не желала. Поэтому промучившись еще полчаса, я стала собираться домой.

– Юля, ты что, уже уходишь? Рано еще. Давай посидим, а то редко видимся в последнее время.

Мой одноклассник Игорь сделал попытку остановить мое бегство.

– Игорь, мне уже пора.

Пока доберусь до дома будет уже темно.

Тут неожиданно многие засобирались домой и загалдели, договариваясь, когда мы встретимся в следующий раз.

– Юль, тогда подожди меня, я тебя до дома довезу. Доставлю, так сказать, в целости и сохранности, – проговорил Игорь, и стал подниматься из-за стола. – Подожди меня у входа. У меня машина за углом припаркована. Хорошо?

Я кивнула и двинулась к выходу.

Уже на лестнице меня догнала Верочка:

– Я с вами. Не возражаешь? – произнесла она.

Но мне показалось, что если бы даже я и возражала, она все равно сделала бы по-своему.

Мы стояли на тротуаре возле кафе, когда машина Игоря подъехала и притормозила около нас.

– Ой, и меня захватите, мне тоже по пути, – попросил наш общий знакомый Толик, неизвестно откуда появившись рядом с нами, и стал открывать нам дверцу машины.

Все начали рассаживаться, но только тут я заметила Эдика. Он уже находился в салоне машины на переднем сиденье рядом с Игорем.

Я почувствовала неладное и как-то съежилась внутри. Теперь все, что было связано с Эдиком, приносило мне боль и отзывалось грустными воспоминаниями. Верочка вопросительно взглянула на меня. Но я лишь молча пожала плечами, и машина тронулась с места.

Мы проехали совсем немного, обсуждая нашу вечеринку и отсутствующих товарищей.

Неожиданно Эдик спросил:

– Как дела, Джульетта?

Все замолчали. Ответа не последовало. Я не могла вымолвить ни слова.