Восхождение Эль

На окраине города открыли ворота, и поток желающих попасть в столицу хлынул на её улицы, разбавляя внешний вид горожан нарядами деревенской периферии, наверняка надетыми специально для торжественного случая, но давно вышедшими из моды в императорской резиденции. В певучий стиль Каракорума вторгся непривычный уху говор провинций, который уже к вечеру растворится в непрестанном гуле истинной речи центра Таифа. Значит, тот, за кем несколько дней назад послали гонца, рано утром уже влился вместе с остальными путниками в тяжёлые входные ворота и вот-вот появится здесь.

Маленький бар встрепенулся. В глазах стало темно: внезапно на голову упала бесформенная тень от длинной накидки с капюшоном, и служка непроизвольно схватился обеими руками за своё горло. Дышать стало трудно, словно его сбили с ног и навалились на грудь. Верный бар задержал бы напавшего, вцепился зубами в глотку, боролся до конца…

Но он знал – внезапно появившийся человек был тем, кого в главном императорском галле? сегодня ждали.

Тяжело дыша, бар поспешно опустился на колени. Его сковало необъяснимым ужасом. Лакей почувствовал мёртвый холодный воздух из инотени, и всё тело тут же онемело.

Шон из вайниров остановился напротив чёрного обсидианового трона. От незаметного, но точного движения с его головы слетела накидка, и Сент увидел острый взгляд, высокий нос, тонкие губы. Несмотря на то, что мужчина выглядел уже очень старым, и лицо его размылось за вуалью дряхлости, наброшенной временем, в нём всё ещё проступали отголоски мужественной красоты.

Он склонился в почтительном полупоклоне, выждал официальную паузу. Но как только необходимое для высочайшего приветствия время закончилось, заговорил тоном абсолютно нелюбезным:

– Я видел, караван отправляется к западным границам. Ваше императорское величество посылает подарки королеве Тумалы? Жди беды.

Император сморщился от сухого, шелестящего голоса вошедшего, но сделал вид, что не заметил пренебрежения этикетом.

С того самого момента, как невероятный старик предстал перед ним в издевательском поклоне, он больше не посмотрел в сторону гостя. Это был один из немногих его подданных на Таифе, от которого Сент зависел. И единственный, кого он боялся.

– А военные учения возобновляются с невиданным размахом по всей империи, – продолжил старец.