Явление прекрасной N

 – Я задержался после смены, потому что в город вернулся старый друг. Мы с Микой и Эдом встречались с этим другом… В «Лаки». Помнишь, был такой диско-бар? Сейчас новый хозяин хочет восстановить его, и мы там вспоминали прошлые годы. Вот и всё. А, кстати, меня пригласили на открытие. Нас пригласили: и Мику, и Эда.

– Можно мне с тобой? – спросила Кайса.

Внутри у неё всё сжалось. Почему он говорит так, словно её никогда не существовало в той, школьной, жизни? Она же приходила с ними в «Лаки». Один раз, но тусовалась там.

Накануне исчезновения Ниры.

– Мужская компания, что тебе там делать? – Гордей поднялся, давая понять, разговор окончен.

– А ты… Почему спрашиваешь, помню ли я «Лаки»?

О чём они вообще говорили долгие годы, кроме каких-то дежурных, положенных в семейной жизни фраз?

– А ты разве помнишь? – искренне удивился Гордей. – Впрочем, точно, ты же переехала как раз перед… его закрытием. Прости, я как-то не связал…

Голос Гордея стал жёстким.

– Мне нужно на дежурство, главный очень просил всех, кто может.

Так что нет у меня выходного. Выхожу с обеда. Завтрак быстренько, ладно? И термос горячего чая. Ну, не хмурься. Потом обещал в отпуск отпустить. По очереди.

***

Всё тайное стало явным очень скоро. Как только Гордей ушёл, позвонила Полинка, жена Эда. Совсем молоденькая, лет на двенадцать младше их – реснички, кудряшки, серые глазки немного навыкате. Говорить с ней Кайсе было почти не о чем, но из-за дружбы Гордея и Эда приходилось часто сталкиваться на совместных днях рождениях и прочих Новых годах.

В общем, неприятной Полинка Кайсе вовсе не казалась, но в самом деле – о чём с ней говорить?

–Эдик странно себя ведёт, – выдохнула Поля, даже не предварив вопрос светской болтовнёй, – Я тайком прошерстила его мобильный. Кто такая Нира?

– Первая любовь твоего мужа, – пояснила Кайса. И добавила. – И моего. А что случилось?

У Кайсы перехватило дыхание. Старинный друг. Открывается «Лаки».

– Они обсуждают, как пойдут к Нире.

– Не может быть, – Кайсе показалось, что пол вот-вот поменяется местами с потолком.

 – Нира… умерла. Много лет назад.

Треск костяшек на пальцах Гордея. Дурманящие, неживые запахи. Коньяк, странные болотные духи…

– Нет, – сказала Полинка. – Обсуждают, как она прекрасно выглядит. И налетают друг на друга, два потрёпанных индюка.

– Кто? – слова до Кайсы доходили с большим трудом.

– Да Эдик же. С этим Микой. И хотели ещё Гордея твоего с хвоста скинуть, когда пойдут к Нире. Он им мешает.