Спасение Эль

Не глядя, по наитию, рубанул мечом сначала налево, потом направо. Ещё одним взмахом прорубил дорогу перед собой, туда, где несколько секунд назад стояла, ухмыляясь, большая и значительная тень.

В пылу привычных долгой муштрой движений в самом глухом закоулке сознания засвербила мысль: что-то происходило не так. Острое лезвие проходило сквозь тела врагов, не встречая сопротивления. Слишком легко. Меч рубил воздух, не нанося им никакого урона. Они продолжали издеваться, молча, но в точности копируя каждое движение сингов, потому что знали свою неуязвимость.

В темноте раздавались короткие, полные безнадёжного отчаяния крики уходящих на ту сторону, но это были голоса только бойцов патрульного отряда. Только знакомые голоса. Холодный пот прошиб яростного синга, но тут же пришло озарение.

– Стрелы и пики жикоров! – закричал отчаянно Рин, когда понял, что тварей не берёт обычное оружие. – Хватайте охоту Ниберу!

Последовала заминка. Наконечники, вымоченные в хмельном молоке жикоров и заговорённые вайнирами на желчи зверя, использовались очень редко и только во время охоты на Ниберу.

Совсем рядом просвистело заветное копьё, синг перехватил его на лету. Помощник быстро сориентировался, послав главе отряда сакральное орудие.

Рин оказался прав. Первый же призрак, в очертания которого вошёл заговорённый наконечник, споткнулся, завис над землёй, словно так и не веря, что это случилось с ним, и упал, придавленный собственной тяжестью. На миг опрокинутое лицо попало в поле зрения Рина, и он замер, ошеломлённый.

Вытянутые к вискам тигриные глаза с характерным прищуром, бронзовая по-солнечному кожа… Поверженный противник был сингом, самым настоящим, чистокровным сингом. Но от него… Рин не чувствовал кровного запаха. Словно чужак, иной по своей внутренней сути, нацепил, издеваясь, личину противника. Кроме того, теперь Рин явно видел на поверженном тёмно-синие кожаные доспехи, с малейшей точностью повторяющие известную всему Таифу фамильную броню стратега Ошиаса.

Заговорённого оружия было мало, но те, у кого имелась хоть пара таких наконечников, воспользовались ими в самой полной мере. Наконец-то битва повернулась в привычное для сингов русло, и они услышали, как глухо бьются о траву тела врагов. Строй неясных теней смялся, тёмные очертания в боевой броне, точно такой же как у сингов, кинулись в рассыпную в белёсом тумане.

– Отставить! – гаркнул Рин.