Семья волшебников. Том 2

Но им всем вместе было даже веселее, они аж две луны играли, гуляли, купались, смотрели аниме и дрались с правнуками Инкадатти, пока и Эммертрарока тоже не увез вехот.

И Вероника еще с ними была. С Вероникой не так весело, как с Мамико, Зогой, Дзютой и Эммертрароком, потому что Вероника еще совсем маленькая и тупая, но зато она умеет делать штуку, так что ее снисходительно брали с собой.

Но вчера и Мамико тоже забрали. Вчера у Астрид был день рождения, они напоследок повеселились, и дядя Вератор тоже самопризвался вместе с мамой Мамико, и принес подарок, зато забрал Мамико.

Так что сегодня она в какой-то другой школе учится, и все ахают: ах-ах-ах, какая умная Мамико, как хорошо она знает арифметику! Скоро она построит японский суперкомпьютер, залезет в меху и улетит спасать Бартаэлон!

Астрид нравилось аниме про гандамов. Они кудесные. Как механические гохерримы.

А подарок дядя Вератор какой-то тупой подарил. Девчачий набор для бисероплетения.

Вот видно, что он ее плохо знает.

Где бисероплетение – и где Астрид?!

Но она, как хорошая девочка, поблагодарила его за подарок и сделала книксен. Мама с папой когда-то учили ее, что если тебе кто-то что дарит, то надо отдариваться. Но потом Астрид узнала, что можно просто сделать книксен, и это все равно будет вежливо. А книксенов у Астрид полно, и их не жалко.

Арифметика… Один жеваный комочек, да два жеваных комочка, да три жеваных комочка, да еще шесть, да еще десять, да еще три… итого шестнадцать жеваных комочков или, возможно, восемнадцать.

Лень пересчитывать.

– Сейчас узнаем, сколько их, – сказала Астрид, суя в рот камышинку. – Пфуй!..

Впереди нее сидел новенький эльфенок, в прошлом году его не было в классе и жизни Астрид. С темно-серым лицом и белыми волосами. Он жалел об этом соседстве, но поделать ничего не мог. Мэтресс классная наставница посадила его рядом с Астрид, потому что они оба нелюди, и она думала, что это их подружит.

Глупая, глупая мэтресс классная наставница.

Единственное, что нравилось Астрид в эльфах – их потешная брезгливость и закатывание глаз по любому поводу. Там, где человечек просто раздраженно отмахнется, эльф встретит свой маленький личный конец света.

– Что это, – дрожащим голосом произнес эльфенок, касаясь шеи.

– Это бумажка, – шепнула ему Астрид. – Жеваная бумажка из пасти демона. Она оставила слюнявый след, возможно.

Эльфенок затрепетал как осиновый лист и почти упал в обморок.