Семья волшебников. Том 2

Или просто отслужить определенный срок – это уж как договоришься.

– Его имя – Ахвеном, – сказал Артубба напоследок, и стекло погасло.

– Ну что, выпускаем Ахвенома? – спросила Лахджа.

– Давай снаружи, – поднялся из-за стола Майно. – Я Артуббе верю, но вдруг он все-таки буйный.

Они вышли на задний двор. Там, между домом, сараями, цветником и колодцем была большая лужайка – этакий мини-полигон для испытания сомнительных чар. Лахджа устроила тут огромную песочницу для детей, но места осталось еще порядочно.

– Ну что, выпускаю? – спросила она.

– Нет, дай-ка я, – забрал бутылку Майно.

– Ты обо мне беспокоишься или хочешь зажилить три желания?

– Родная, я просто люблю такие моменты. Я же волшебник.

– Ох… давай.

Майно срезал сургуч ножом и ловко поддел пробку. Из горлышка потянулся сизый дым, а потом на траву шлепнулся фархеррим. Действительно, очень молодой.

Лет этак двенадцати на вид.

– Да, Майно, тебе стоило беспокоиться! – едва не рассмеялась Лахджа. – Наш брак в опасности!

– Ну Артубба!.

Ахвеном не без труда поднялся на ноги. После заточения в бутылке он был дезориентирован и помят. Слегка пошатываясь, он расправил крылья, дернулся вверх, но тут же споткнулся и едва не упал.

Он угрюмо уставился на волшебника с бутылкой, перевел взгляд на Лахджу – и его лик просветлел.

– Отшельница! – воскликнул он. – Слава Древнейшему!

– Вообще-то, Изувер, – поправила Лахджа. – Пусть меня боятся, а не отталкивают.

– Три желания, – с отвращением произнес Майно. – Какие?.. Слетать за хлебом?..

– Госпожа… дин, – с трудом выдавил последний слог Ахвеном. – Я… не очень много могу… но я… я могу верно служить апостолу!

– Не надо, – отказался Майно.

– Пока не вырасту и не смогу расплатиться!

– Не надо!

– Да ладно, чего ты? – развеселилась Лахджа. – Пусть за хлебом летает.

– Для этого демон не нужен, – сунул ей бутылку муж. – Делай с ним что хочешь. И в следующий раз смотри лучше, что покупаешь.

Ахвеном оказался из «бронзовых». Золотисто-коричневая кожа, серо-стальные глаза, пепельный оттенок волос. Нескладный паренек в начальной стадии подростковости, будто состоящий из одних локтей и жил.

На Лахджу он смотрел с преданностью собачонки, которую вытащили из воды. Особенно после того, как ушел ее муж-волшебник.

– На Парифате все делается за презренное золото, – задумчиво произнесла демоница. – И я заплатила за тебя кругленькую сумму.