Невеста повелителя степей

Но никто и никогда не узнает, что Баорга не позволила степи забрать новорождённое дитя вместе с ушедшей матерью к духам предков. Даже если всё откроется, я не позволю очернить её имя. Она рискнула всем, подменив своё умершее дитя ещё живым. И к духам вознеслось двое, а не трое, как того требовали законы пращуров. Но я всегда знала, что не являюсь её дочерью. Слишком необычными были мои глаза – цвета настоящей зелени, не сожжённой палящим зноем, не выгоревшие под беспощадным солнцем. Как и густые волосы северянки, чернее, чем степь после очередного пика жары, темнее самого чёрного огня, что спускается с неба, были не такими, какими обладала Баорга.

Женщина ценится за красоту, но моя только отпугивала всех, кто хоть раз заглядывал в эти чужие для Айхонары глаза.

Заата берегла секрет вместе с нами, но с сегодняшним закатом это перестанет быть настолько важным. Когда умирает женщина, никому нет дела до тех, кто может страдать.

– Я буду молить Мать степей, чтобы её шатёр был лучшим, – уже не сдерживая слёз, прошептала я.

В сумраке, при свете лишь одной из лун, никто не увидит моей тоски. Да, и попробуй угадать, что скрывает широкий артун. Даже глаз не видно. Иногда и от этого пережитка старины бывает польза.

– Нам пора.

Порыв горячего ветра взметнул последние, ещё не угасшие искры прощального костра. Предки забрали души. И нет нужды более в сожалениях. Они лишь огорчат тех, кто теперь веселится в небесных чертогах.

Я запахнула плотнее артун, съехавший с плеч.

Сейчас мы вернёмся в селение, а нарушать традиции нельзя. Если мужчина увидит хоть часть моего одеяния, не избежать беды. Любая женщина – это дух степи в белоснежном артуне. Она должна быть незаметной, скромной. И услужливой.

Единственная, кто никогда не скрывала своё лицо, пугая своим обликом, это Заата. Знающая хасттана Айхонары. Женщина, которая смогла занять столь высокий пост.

– Вот духи и не оставили тебе выбора, – я промолчала, признавая её правоту. – Что ты решила, дочь Великой степи?

– Я принимаю свой долг, Заата.

Духи решили все за меня…

* * *

На женской половине царила необычная суета. Полуденный жар свидетель, такого я раньше не видела. Одна из служанок, младшая жена ближайшего из воинов хаста, смеясь, пробежала мимо меня. Я отступила, пропуская её, и успела заметить, что к груди она прижимала свёрток тканей. Мать степей, это новое платье? Но почему?

– Эй, – полог ближайшего шатра откинулся, явив личико Михарны.