Учитель поневоле. Курс выживания

Девушка подняла взгляд на него, и теперь я отчетливо видела впавшие глаза и почти черные круги под ними, бледную, синеватую кожу и… кровь. Яркие алые дорожки бежали по ее рукам и впитывались в алтарный камень без следа. То еще зрелище.

Я видела, что ей тяжело дышать, но не могла понять, ранена она или нет. Ну, Варя, раз кровь, значит, точно ранена!

– Уходи ты, я все сделаю сама, – девушке даже говорить было трудно.

Но мужчина не послушался ее, подошел к ней, попытался схватить за руки и… не смог. Он тянулся к ней, но не приближался даже на сантиметр.

– Уходи, – повторила она. – Твой род не должен прерваться.

– Мне плевать! Без тебя я не уйду!

– Уйдешь! – ей было трудно, но голос она повысила. – Илиан Роднес, ты покинешь это место и отправишься защищать всех тех, кто верит в тебя. Стань достойным правителем… Ради меня.

– Сиа, я не могу.

– Ты можешь все, что только пожелаешь, – я видела, как жизнь уходит из нее, как прекрасное тело теряет свою материальность, растворяясь, вместе с кровью, в каменной глыбе.

 – Я сделаю все, чтобы ничто не смогло ограничивать тебя. Все желания, весь мир… вся магия… будут принадлежать тебе…

– Сиа, нет! – мужчина рванул к ней, но схватил только воздух.

Девушка перестала существовать, и было это, не побоюсь такого слова, ужасно. Он ее любил, я в этом не сомневаюсь. Но вот представить, что на моих глазах умирает Исхан, я не могу. Нет, такого мне просто не выдержать. Лучше самой отправиться на тот свет, чем видеть, как погибает часть твоего сердца.

Да, называйте меня эгоисткой, но ведь что такое любовь, если не эгоистичное желание обладать другим человеком?

Туман стал сгущаться, образы сереть, терять краски, а я все наблюдала за мужчиной. И может быть только это и помогло мне услышать едва слышные слова:

– Сиа Рудон, ты будешь жить вечно…

А затем все исчезло, и я вернулась в дурацкий зал мудрости. Или как он там называется-то? Конечно, я его не покидала, но странное чувство, будто я только что переместилась на тысячи километров и сотни лет назад, не отпускало.

Нужно будет спросить у Хусечки, реальные ли это люди, а то мало ли. Знание знанием, а ведь и соврать могли.

И вообще…

– Где ответ на мой вопрос? – требовательно вопросила я.

– Вопрос задан, ответ получен, – безразлично сообщил голос.

Свечи вокруг меня снова зажглись.

– Заши… мечательно! – хотела немного выругаться, но вовремя вспомнила о своем статусе преподавателя. Не положено мне теперь так свои чувства выражать.