Учитель поневоле. Курс выживания

 – Не смей делать ему ничего плохого! Не смей!

– Варя, ты бы поаккуратнее, – тихо осадил меня Пушок, как самый адекватный в нашей компании.

Тише? Да как я могу тише, если мой Крысик там? Я за него переживаю! Мало ли кто там и что ему в голову взбредет? Я уже успела убедиться, что люди тут не совсем нормальные, опасные иногда, я бы даже сказала.

– Варя, потерпи немного, – начал говорить Роднес, и в тот же самый миг стена из колонн дрогнула.

Я думала, что они начнут расходиться в стороны, но нет, колонны задрожали и начали опускаться.

Точнее часть пошла вниз, а другая часть вверх. Словно кривые зубы великана. Или зубья у заколки.

От того, чтобы юркнуть в появившуюся дырку, меня, естественно, удержал Хусечка мой любимый.

– Подожди немного.

– Да жду я!

Прошло совсем немного времени, и в проёме, явно считающимся тут дверью, появился человечек. Невысокий, с разлохмаченной копной волос и безумным взглядом. Одет он был вполне прилично – никаких цветочков и рюшек, простая светлая не то тога, не то туника.

На вытянутых руках мужчинки блаженствовал Крыс. На пушистой морде было написано полнейшее удовлетворение. Ну, конечно, это мелкий слизнепоп счастлив тем, что учудил, а нам теперь разбираться с проблемами.

– Вы притащили в священный храм это грязное животное! Вы соображаете, что могли натворить этим действием? Всемогущее Знание, почему ты вечно посылаешь мне тех, кто не ценит дарованного тобой спокойствия? – вопил он, потрясая мохнатой тушкой.

А Крысу это и нравится, кажется. – Я решал вопросы, важнейшие вопросы! Вопросы, от которых зависит судьба всех жителей нашего города!

– Простите, – попыталась вставить хоть слово, но не смогла. Он все бормотал и бормотал что-то о своем высшем предназначении, размахивая блаженствующим от такого обращения слизнепопом.

Я дернулась, пытаясь выхватить Крыса, но промахнулась.

– Простите, – теперь вперед выступил Роднес, очевидно решивший, что и ему пора принять участие в этом представлении.

 – Вы старейшина? Хранитель Знаний направил нас к вам. И…

– Ох, горе и несчастья на ваши головы! – продолжал стенать тот.

А вот я была очень обеспокоена благополучием своего малыша.

– Так вы старейшина? – снова повторил Хусечка, теряя терпение.

В принципе, он в последнее время вообще вел себя не очень-то и хорошо, нервным стал. Но что его винить? Я тоже беспокоюсь за его сестру, хотя практически не верю, что мы сможем ее найти и спасти.