Рассказы из правого ботинка (сборник)

Именно он благополучно завершил крайне рискованный проект «Титан», результатом которого стал майор Ефремов. Три недели назад майор покинул инкубационную капсулу, и с тех пор постоянно находился на тестировании.

Его тестировали, как новую модель самолета – беспощадно гоняли по тренажерам, подвергали немыслимым испытаниям, заставляли проделывать самые фантастические кунштюки. Все, кто видел это, пребывали в полном восторге.

И лишь профессор Гадюкин не выглядел довольным. Казалось, он ждал чего-то большего.

Вышедший из капсулы суперсолдат полностью соответствует заложенным параметрам – без труда поднимает двести килограмм одной рукой, без разбега прыгает на три метра в высоту и на двадцать пять – в длину, задерживает дыхание на десять минут, бегает со скоростью мотоцикла, практически не устает, обладает сверхбыстрыми рефлексами и даже способностью к регенерации.

Сверхчеловек.

Но Гадюкин этим не удовлетворился. И вчера он решил провести первые испытания в полевых условиях. Они с Ефремовым покинули территорию НИИ «Пандора» и пешим ходом отправились сюда – на берег небольшой речки.

Рядышком раскинулась березовая роща, а на другом берегу – пшеничное поле.

Гадюкин поворошил угли в костре, выискивая самые горячие. Облюбовал одну головешку – раскаленную докрасна, пышущую жаром – и попросил Ефремова:

– Подайте-ка мне вон ту штучку, батенька.

Ефремов потянулся за палкой. Но Гадюкин помотал головой и сказал:

– Нет-нет, руками. Руками ее возьмите.

После секундной паузы майор неохотно коснулся углей.

Брать голой рукой раскаленную головешку… что профессор хочет доказать? Несмотря на все технические улучшения, Ефремов все-таки не робот и не индийский факир.

– Вот, – наконец поднял он головешку. – Зачем она вам, профессор?

– Мне – низачем. Лучше расскажите о своих ощущениях, батенька. Чувствуете что-нибудь?

– Горячо, – пожал плечами Ефремов.

– Все?

– Все.

– Не больно?

– Не больно.

– Ладонь как, нормально?

– Нормально.

– Кожа в порядке?

– В полном, – переложил головешку в другую руку Ефремов.

– Ожогов нет?

– Нет. Просто горячо.

– Насколько горячо? Терпимо или невыносимо?

– Выносимо. Как чашка с горячим чаем.

– Ага, ага… И долго вы так сможете эту штучку держать?

– Сколько понадобится. Мне не больно, профессор.

– Конечно, не больно. Вы, батенька, не чувствуете боли. Совсем. И кожа у вас синтетическая, огнеупорная.

– Я знаю, профессор.