Тайна похищенной башни

Партия окончилась. Чертанов придвинул лист бумаги и занялся расчетами.

– Петр Иваныч и Стефания в выигрыше, – объявил он через полминуты. – А мы с вами, герр Грюнлау, им должны.

– Сколько я есть должен? – немедленно достал портмоне педантичный немец. – Я немедленно расплатиться.

– Да сиди ты, Гюнтер, что ты суетишься вечно… – лениво отмахнулся Колобков. – По копеечке за вист играли, что ты там проиграл-то, ерунда… Что он проиграл, Серега?..

– Двести пятьдесят три виста, Петр Иваныч.

Двадцать пять рублей тридцать копеек.

– И играли мы не по одной, а по десять копеек за вист, – напомнила Стефания. – Давайте сюда мою долю.

– Фанька, тебе-то деньги зачем? Что ты с ними делать будешь? Души скупать? Чичиков женского полу, хы-хы!..

– Не твое дело, что я с ними буду делать, – зло процедила чертовка. – Просто отдайте то, что мне причитается.

– Да на, держи, держи… Чего ты всегда так нервничаешь, когда играешь?

– Я не нервничаю. Кто сказал, что я нервничаю?

– Да видно же.

На вид спокойная, а все равно каждый раз напрягаешься так…

Стефания тяжело вздохнула, сверля Колобкова недобрым взглядом. Потом вздохнула еще раз. А потом неохотно произнесла:

– Помните, я рассказывала, за что мне сожгли крылья?

– Не помним, – помотал головой Чертанов. – Потому что ты не рассказывала.

– Ага, – кивнул Колобков. – Ты только сказала, что чего-то нарушила.

– Это все из-за карт… – мрачно произнесла чертовка, с ненавистью глядя на колоду.

 – Все из-за карт…

– Ну-ка, ну-ка… – с интересом подался вперед Колобков.

– Когда я была на Земле в последний раз… – устало прикрыла глаза Стефания. – Когда я была… да…

– Это мы уже поняли. Дальше?..

– Я там немного задержалась. Решила воспользоваться возможностью. В Монте-Карло.

– Ух ты…

– Да, это было весело… Конечно, я знала, что получу выговор за задержку, но оно того стоило…

– А получила ты не только выговор…

– Не из-за этого.

Совсем не из-за этого. Самовольные задержки, отлучки – это пустяки, это мелкие провинности. На это обычно не обращают внимания. Просто уже в самом конце… когда я уже собиралась возвращаться… в общем, как раз в то время на Земле скончался мой личный подопечный…

– Кто?

– Один праведник. К некоторым из вас, смертных, за особые заслуги приставляют персонального ангела-хранителя. Работенка непыльная – так, халтурка в добавку к основной нагрузке.