Право на Одиночество

Воспоминания от едва уловимого прикосновения его рук в тот момент, когда он хотел ей помочь… будоражили память. И по телу разливалось мягкое, нежное тепло. Старалась образумить себя, поставить на место. Перед глазами теперь был чёткий образ настоящего человека, а не мимолётное видение. Стройный, высокий мужчина. Шатен с аккуратной шевелюрой. Густые брови. Щетина, плавно переходящая в ухоженную бороду, что-то среднее между ними. Тёмно-карие пронзительные глаза. Взгляд, приковывающий к месту. Тонкая линия губ и выразительный нос.

В её голове, в её мыслях он был идеален как статуя древнегреческого бога Аполлона. Закрывала глаза, уткнувшись лицом в подушку. Ночь наполнилась сладострастной мукой.

Утром звонил Сергей после достаточно долгого молчания.

– Доброе утро. – серьёзно сказал он.

Анна улыбалась, слыша родной голос после бессонной ночи.

– Я так понимаю, что ты не собиралась мне звонить.

Прозвучало с нотками обиды. Они не разговаривали с того вечера в ресторане.

– Ты ведь всё равно не стал бы брать трубку.

А слушать гудки мне не хотелось. – в этот момент мужчина улыбнулся на другом конце города. – Я ведь отлично знаю, что ты успокоишься и простишь меня, и позвонишь сам. Я скучала по тебе.

– Хорошо же ты меня знаешь. Я тоже скучал. Ты не спала всю ночь? – спросил он, и девушка сначала опешила, но тяжело вздохнув, ответила:

– Ты тоже слишком хорошо меня знаешь. Я хочу тебя увидеть. Можно я приеду к тебе вечером?

– Я заберу тебя, чтобы с тобой ничего не приключилось.

День промчался, как один миг. И вечером в его квартире она прильнула к большой мужской груди, тихо слушая, как бьётся его сердце. Рядом с ним особенно остро ощущала себя столь маленькой и незаметной, и в тоже время самой защищённой на свете. Сергей гладил её волосы, нахмурив брови. Они никак не могли наговориться, словно не виделись год.

– Я встретила Его. – Аня рассказала историю того дня, не прерываясь ни на миг. И глаза её стали ярче в этот момент. Мужчина слушал внимательно, заинтересованно кивая головой.

Закончив рассказ, она вновь прильнула к его груди что было сил, вдыхая запах его тела.

– Ты окончательно чокнулась… – прозвучало очень философски. – Что ты собираешься делать теперь?

– Ничего. А что я могу? Где он, и где я. Это так глупо. Я себя школьницей ощущаю, которая втрескалась по уши в учителя.

– Говорю же, чокнутая.

– Ха-ха. – ответила она. – Можно подумать, что у тебя лучше? Тоже втрескался по уши в свою фитоняшку.