Вакансия на жертву. P.S. забери меня с собой…

Она не узнавала себя, и не только в зеркале, задаваясь немым вопросом, что же с ней такое творится. Нужно было взять себя в руки. Лиса была права. Рита склонилась над раковиной, ополаскивая лицо ледяной водой и закрыв глаза. Нужно было что-то делать дальше. В ту секунду, когда она открыла глаза, взглянув на себя зеркало, девушка вздрогнула и замерла, затаив дыхание. У неё за спиной, не произнося ни звука, стоял нахмуренный мужчина. Заросшее щетиной лицо, взлохмаченный тёмный волос, очки… Он ужасал. Такие сцены показывают в фильмах ужаса, когда убийца настигает тебя.

Тихо и неожиданно. Она смотрела на его очки в отражении, за которыми он прятал глаза, и старалась представить, что же произойдёт в следующую секунду. Рита остро ощущала, что страх переплетается со жгучим желанием. Она не могла обуздать эти чувства. Что это? Голод? Или дикая дурость? Полшага, и сильные мужские руки. Рита мелко задрожала, не шевелясь. Его левая рука уверенно скользила от талии вверх, чуть задержавшись на округлой груди. Затем она ощутила, как его пальцы сжали её шею. Он не делал больно, но держал крепко. От этой грубой силы подкашивались ноги. Указательным пальцем он мягко подтолкнул подбородок, склоняясь к этим приоткрытым губам. Поцелуй был томным, влажным и немыслимо горячим. Мужчина точно знал, что делал. Правая рука по бедру забралась под подол лёгкого платья. Пальцы прошлись по линии кружевных трусиков. Ей сносило голову. Остатки разума покидали её, оставляя лишь голый животный инстинкт. Она ощущала его готовность. Страсть уничтожала обоих, не давая шанса. Как ночью на пляже, она была готова на всё, отдаваясь этим пылким чувствам. Он целовал всё страстнее, крепче сжимая хватку. И мужские пальцы легко скользнули под тонкое кружево, мягко и деликатно, выводя девушку из последнего хрупкого равновесия. Она едва вздрогнула в инстинктивном порыве. Казалось, что никогда она испытывала подобное возбуждение. А может быть, и испытывала, но очень давно… Этот чужой, незнакомый мужчина с резким запахом табака, пожалуй, гораздо лучше, чем она сама, знал, в чем она так остро нуждалась. Дыхание вырывалось наружу с горячим воздухом. Дверь распахнулась максимально резко. Громкий смех, голоса мгновенно заставили опомниться. Рита широко распахнула глаза и вновь рванула прочь, оставляя его там. Теперь она бежала как в последний раз, в слабой надежде, что не проиграет, словно шла игра не на жизнь, а на смерть. Но она просчиталась. Он отставал от неё на несколько шагов. Слишком много народу.