Терновая ведьма. Исгерд

Не смея поверить в происходящее, он ощупал лицо и кинулся к водяной глади. Из нее на принца воззрился хмурый незнакомец.

«Я брежу, иначе не объяснить!» – Он принялся ловить свое отражение, как одержимый, в ушах эхом звенели слова Восточного ветра:

«Говорят, ни одно заклинание не устоит перед силой зеркал…»

От озерного холода пальцы свело – с детства знакомое жителю северных земель чувство вызвало у Таальвена полубезумную улыбку. Как же прекрасно – ощущать собственные ладони!

Все еще не веря счастью, бывший волк потянулся – спина не изгибается дугой, колени не выворачиваются… С наслаждением принц хрустнул суставами.

Когти тоже исчезли… Теперь он свободен? А что же Изольда – чары по-прежнему довлеют над ней?

Больно ущипнув себя, чтобы убедиться: людской облик – не наваждение, Лютинг вернулся к своей жене и заботливо убрал с ее щек тяжелые от влаги пряди. Чернильные колючки никуда не исчезли. Принцесса дышала ровно, хоть и наглоталась воды… Обрадуется ли она ему, когда очнется?

Терновые побеги буйно разрослись на лилейной коже.

Разглядывая их, Таальвен не испытывал священного ужаса или отвращения – напротив, колдунья виделась ему совершенной. И чересчур резко очерченные скулы, и выпирающие ключицы нравились королевичу, хотя в землях Мак Тир чтили иной канон красоты.

Приморцы любили статных девушек, полнотой форм напоминавших морских сирен. Их прельщали румяные ланиты и пухлые губы, зычные голоса. Но ему не было дела до подводных чаровниц. Тонкая, как серебряный клинок, краса северинской принцессы запала ему в душу, оплела ее изнутри…

Погрузившись в раздумья, Лютинг ненароком прикоснулся к щеке Изольды.

В следующую секунду голубые глаза ее распахнулись, безмятежное лицо исказил испуг.

– Прочь! – Она зашлась кашлем, выплевывая озерную воду. – Прошу, не трогай меня!

Застигнутый врасплох Таальвен изумленно отпрянул.

– Все это – лишь дурной сон. – Колдунья попыталась встать, но запуталась в складках мокрого подола. – Исчезни, уйди…

Она замотала головой, тем самым усугубляя головокружение.

Мираж на уговоры не поддался.

– Видать, не действует твое колдовство, ведьма: Мак Тир целехонек, хоть ты ему трижды приказала провалиться сквозь землю, – прозвучало насмешливо.

Лишь сейчас Изольда заметила, что лежит на рыхлом песке, а не в постели. От потрясения ей привиделось, будто давний сон о Лютинге, стискивающем ее в объятиях, вернулся. Но в реальности все обстояло намного хуже.