Яцхен: Три глаза и шесть рук. Шестирукий резидент. Демоны в Ватикане. Сын архидемона

Тибет? Тибет! Прости, а что мы вообще здесь делаем? Вряд ли профессор Краевский сейчас где-нибудь в Тибете!

– Извини, патрон, у меня опыта пока маловато… – виновато пробурчал мой симбионт. – Я просто не сумел попасть поточнее… Извини, а?

Я еще немного посердился. Потом еще немного. А потом простил Рабана.

– Ладно, Тибет так Тибет. А поточнее? Он большой, если я не ошибаюсь…

– Самая середка. Юго-Западный Китай, самый безжизненный район. На двадцать километров вокруг – ни единого человека. До ближайшего города – пятьсот километров.

– В какой стороне Москва и сколько до нее лететь?

– Северо-запад, три тысячи восемьсот километров. Десять часов полета.

– Далековато… – загрустил я. – Пожалуй, сначала я посплю, потом поем, а уж потом… Давай, усыпляй меня… – я на миг запнулся, – …усыпляй, чего ждешь?

– Так уже все сделано, патрон, – хмыкнул Рабан. – Ты спал три часа, больше тебе пока не нужно. Еще будут пожелания?

– Будут. Что насчет еды?

– Примерно в километре к северу есть горный козел.

– Устраивает.

Я расправил крылья и взмыл в небо. Не пришлось даже прикладывать усилий – восходящий воздушный поток поднял меня сам собой.

Правда, ветер дул с запада, и меня понесло немного не туда. Тогда я расправил крылья так, чтобы улавливать ветер и двигаться именно в ту сторону, в какую нужно.

Примерно так в свое время исхитрялись капитаны парусных судов.

Бедный козлик только мемекнул, когда я упал на него сверху.

– Может, строганину забабахаем, а, патрон? – с интересом осведомился Рабан, наблюдая, как я расчленяю козлиную тушу. – Климат подходящий…

– Угу. Только времени нет. Сейчас перекусим и пойдем на Москву.

– Давай лучше в Питер? – хмыкнул Рабан. – В Москве мы с Волдресом уже были, а вот в Питере как-то не довелось…

– Угу. А где вы еще были?

– Да так, там-сям… Лет двести назад в Америке были… Бенджамина Франклина знаешь? Мы у него целую неделю гостили, даже продали ему кое-что.

– Что?

– Кое-что, – непреклонно ответил Рабан. – Какая разница теперь?

– Понятно. А еще с кем-нибудь из знаменитостей ты знаком?

– Ну… Так, про Джордано Бруно я тебе уже рассказывал… Еще мы пару раз встречались с ницше и один раз с Францем-Иосифом.

– А это кто такой?

– Император Австрии! – удивился Рабан.