Стихийный мир. Потерявшая память

 – Это укрепит статус нашей семьи… И, возможно, отец, наконец, поймет, что я не бесполезен, и начнет хоть немного уважать своего сына…

– И ты серьезно думаешь, что завоюешь расположение девчонки из касты, которая с нами на ножах? – друг обидно хохотнул.

– Я не думаю, я знаю! – о том, что после коротких объятий со смеской я был уверен, что она поставит всю мою жизнь с ног на голову, я решил умолчать. Я и сам не знаю, что все это значит…

– Доброго вечера, отец, – я церемонно поклонился, заходя в обеденную залу.

Родитель едва заметно кивнул в ответ и вернулся к своему ужину.

Я обвел взглядом огромный стол с задвинутыми массивными стульями и решил, что сегодня сяду поближе – мне нужно попытаться с ним поговорить.

Служанка из черняков молча поставила передо мной тарелку с хорошо прожаренным еще дымящимся мясом и вареным картофелем. Следом появились приборы и бокал вина.

– Спасибо, – я приступил к трапезе.

Есть в гробовой тишине для меня давно стало привычно. Уже и не вспомню, когда отец интересовался моей жизнью и спрашивал банальное «как дела».

Когда-то давно он решил, что я – самая большая неудача в его жизни, не способный ни на что хиляк. С тех пор он не баловал меня своей любовью.

И по сей день мне не удается переубедить его.

– О-де Шон, разрешите задать Вам вопрос? – начал я, покачивая в руке бокал с вином.

– Слушаю.

– Смески всегда умирают сразу после рождения? Были ли исключения?

– Нет. За всю новую историю наших кланов, я, естественно, имею в виду период после болезни, ни один ребенок не выжил.

Почему ты спрашиваешь? – он бросил на меня короткий цепкий взгляд глаз, до странного трепета похожих на мои.

Кажется, я удивил отца выбором темы для разговора.

– Слышал байку о том, что кто-то видел дочь шторма в цветах огненных. Поговаривают, что когда она спокойна, ее глаза ореховые, – отец вскинулся, взгляд стал задумчивым. Какое-то время он изучал меня, а потом вернулся к ужину.

– Сын, ты разочаровываешь меня вновь и вновь, – он покачал головой.

 – Можно подумать, вы никогда не переодевались в цвета другого клана для своих шалостей. Если ты действительно хочешь войти в Совет и занять мое место в касте, тебе стоит научиться думать, прежде чем открывать рот.

– Я и думаю, что это – всего лишь шутка, – очередное едкое замечание я пропустил мимо ушей: уже вышел из того возраста, когда меня бы это задело. – Но она вызвала во мне интерес. Почему они умирают? За столько веков никто не нашел ответ.