Шахта Шепчущих Глубин. Том I

Однажды почти удалось даже, – меланхолично заметил он, неопределённо махнув рукой.

– Взбодрись, дружище, ты – на свободе, враги повержены, хорошие парни выиграли, – попытался я отвлечь его от дурных мыслей.

– Да, ты прав. Благодаря тебе. Чёрт, как тебе удалось убить Ши’нил? И что там было насчёт драйдера? – спросил он с интересом, переведя на меня взгляд.

– Как оказалось, драйдер – птица гордая, пока не пнёшь, не полетит, – ответил я бородатым анекдотом. Только летает он плохо. Не аэродинамичная форма, наверное.

Соверетт улыбнулся и недоуменно поднял брови, услышав незнакомое слово, но догадался по контексту.

– И что, Эстрикс никак тебя не покарала за это? Священное создание пустил под нож. Она, должно быть, взбеленилась.

– Ещё как. От её крика мозги разжижаются. Теперь вот должен обратить троих Разумных в её религию. Ты хоть слышал о том, чтобы кто-то кроме дроу почитал Эстрикс? – наполовину раздражённо, наполовину с надеждой – поинтересовался я.

– Честно говоря – нет. Кто вздумает поклоняться богине, которая прямо называет все остальные расы кроме дроу – отбросами, годными лишь в рабство? – неожиданно осознанно откликнулся эльф.

Не ожидал от него такой рефлексии о своём собственном народе.

– И какой срок она дала тебе на выполнение этого подвига?

– Месяц.

– Ох, Гвинден, да ты в глубокой…

Пронзительный скрип шатающегося колёсика перебил его. В комнату въехала тележка, гружённая подносами с едой. Запах стоял сногсшибательный, и у меня заурчало в животе.

Гоблин имел вид слегка взмыленный, словно бежал и туда, и обратно. Видимо угроза от Соверетта проняла его не на шутку.

Сервировав стол, слуга, исчез молчаливой тенью, а мы погрузились в кулинарный рай. Соверетт обмакнул кусок душистого мяса в густой апельсиновый соус и отправил в рот. Он удовлетворённо застонал и начал с энтузиазмом жевать. Я пожал плечами и попробовал свою порцию. Во рту будто взорвался фейерверк из ярких вкусов. Настолько насыщенные оттенки: лёгкая горчинка рыбы, кислинка цитрусовой цедры, жжение острых приправ.

Я запил вином и понял, что ничего вкуснее я в жизни не ел. Да за один лишь дизайн этого блюда можно не три мишленовских звезды давать, а все шесть. После полутора лет питания быстрорастворимой лапшой в реале всё, что я пробовал в Виашероне, казалось мне божественной амброзией.

– Постоянно думал об этой штуке, – с набитым ртом пробурчал Соверетт. – Иногда казалось, что я даже запах ощущаю. Какая-то идея-фикс.