Стихийный мир: трилогия в одном томе

Кажется, он одновременно растерялся от такой наглости и рассвирепел из-за того, кто ко мне пришел. Я же, не дождавшись итогов его внутренней борьбы, буквально впихнула его в шкаф, резко захлопнув резную дверку. – Входи.

Дом неуверенно переступил порог и остался стоять у двери, настороженно меня рассматривая. Я же слегка отошла от шкафа, но к своему некогда возлюбленному (в чем все больше сомневаюсь) приближаться не стала.

– Привет, – начал земляной.

– Привет, – я скрестила руки на груди, ожидая очередной проповеди.

– Скай, я не мог не придти и не поговорить с тобой, – прозвучало пафосно. Настолько, что я непроизвольно скривилась. – Мы не чужие люди, не смотря на то, что ты этого не помнишь. По башне гуляет огромное количество слухов!

– Каких еще слухов? – впрочем, я-то догадывалась, что за сказки передают земляные. И Хантер, думаю, тоже понял, о чем речь. Надеюсь, ему хватит ума не высовываться…

– О тебе и огненном. Никто не поверил твоим заверением, что он просто извинялся, – пробормотал Дом.

Моя спина покрылась потом, и я растерянно опустила руки, не сразу сообразив, что это не испуг, а жар, исходящий из-за створок шкафа. Ох, нет! Его нельзя оттуда выпускать!

– И что? Ты пришел вразумить меня? – я развернула руки ладонями назад, мысленно умоляя драконорожденного успокоиться.

– Скай, ты потеряла память и тебе позволено чего-то не знать и не понимать. Даже позволено вести себя… слегка странно. Но есть вещи, которые оправдать нельзя. Мы враждуем с Огнем много веков. И вдруг лучшая из нас, любимица мастеров, начинает крутить роман с драконорожденным.

По мере того, как он говорил, его голос становился увереннее и громче. Я же тихо закипала от ярости и жара, гуляющего по моей коже, борясь с искушением обрушить все это на парня.

– Это. Не. Твое. Дело! – отчеканила, огромным усилием воли подавляя рвущийся на волю Воздух. – Но чтобы ты знал: он – мой друг. Единственный, кто не отвернулся от меня после потери памяти, – Дом дернулся как от пощечины.

– Скай, я…

– … бросил меня из-за глупых коллективных галлюцинаций! – я с трудом сдерживала себя, все больше злясь. – Катись отсюда. Я приняла к сведению все, что ты пытался сказать!

Земляной поник и попятился к двери. Когда она, наконец, закрылась, я осела на пол, с ужасом рассматривая свои ладони. Кожа была цвета раскаленного металла, вены вздулись и покраснели. Складывалось ощущение, что вместо крови у меня лава.