Заря над бездной

Зов богини он услышал в четырнадцать лет, но до этого успел побыть пажом у старшего брата и мечтал стать королевским гвардейцем. Подобно прочим отрокам тех мест, он был приверженцем культа Прекрасной Дамы, в коей видели живое воплощение Пречистой Девы. Любой желал заиметь себе такую Даму.

Чтобы стать ее «узаконенным» воздыхателем, следовало пройти несколько этапов. Сначала утаивать любовь, затем открыться и ждать от Дамы сигнала, что он принят в услужение (таковым сигналом обычно становился подаренный платок).

При этом близости с Дамой искать нельзя. Идеальная любовь – любовь безответная. Она порождает страдание, которое закаляет дух. Красота страдания привносит в душу влюбленного радость и свет.

И лод Ровен избрал своей Прекрасной Дамой Дайлариану Агонию. Однако та, разумеется, понятия не имела о кахальских обычаях и не обращала на воздыхателя внимания.

Ждать от нее платка точно не стоило.

Неизвестно даже, есть ли он у нее – дважды лод Ровен замечал, как Дайлариана ужасно вульгарно шмыгала носом.

Что-что, а мнение, да и само существование окружающих людей ее не волновали абсолютно.

И однако это каким-то образом делало ее в глазах лода Ровена еще привлекательнее.

– Могу ли я присесть с вами рядом, прекрасная леди? – наконец спросил он чуть охрипшим голосом.

Дайлариана безразлично пожала плечами, не удостоив юношу даже взглядом. А вот демоволк вскинул лысую башку и приподнял губы, демонстрируя кинжального размера клыки.

– Что вы читаете? – полюбопытствовал паладин.

Дайлариана показала ему обложку, по-прежнему не поворачивая головы. Паладин прочел загадочное слово «Метафизика» и вздохнул. Похоже, какой-то колдовской гримуар.

Лод Ровен никогда по-настоящему не сражался на Каабаре – его ратный путь начался уже на Рокуше, в бою при Рокат-Каста. Но он знал, что еще несколько лет назад Орден преследовал любителей такой литературы. В те времена его долгом было бы отобрать у девицы подозрительную книжку и строго допросить, где та ее взяла и не колдунья ли она.

Однако сейчас подобный поступок будет по крайней мере неумным.

– Для чего вы всегда так молчаливы и неприступны, моя леди? – вместо этого спросил лод Ровен.

Теперь Дайлариана наконец-то повернула голову, но все равно не произнесла ни слова. В ее глазах стоял холодок, и лод Ровен невольно отвернулся.

– Не развеете ли мое любопытство? – предпринял он еще одну попытку.