Сорок Норд. Менестрель. Книга 3

 – Космический волк пристально смотрел в глаза девушки.

– Вообще-то, я не с этой планеты, – покраснела Рита. – И я – магичка.

– Догадался. – Космический волк тронул металлический браслет. – Иначе бы ты не поступила в Академию.

– Ага. – Рита с уважением посмотрела на собеседника.

И начала подробно излагать ход событий, без купюр. Рассказала, как проходила сквозь обшивку. Как вышибла дверь в пассажирскую каюту. И что дверь в кабину пилотов не реагировала на кнопку блокиратора.

– А потом свет погас и дверь в кабину пилотов разблокировалась.

Меня вытолкнуло в открытый Космос. Я сразу телепортировалась. – Рита закончила отчет.

Лицо начальника Академии не выражало ровным счетом ничего. Часы за спиной Аррсения Павилича показывали четыре-ноль-ноль. На противоположной стене чуть поблескивал тусклым экраном видеофон. На столе зевал маленький белый котенок.

– Пойдем в рубку, – ожил наконец начальник Академии.

Он поднялся и решительным шагом направился в комнату – ту самую, куда какой-то час тому назад телепортировалась практикантка.

Рита последовала за островитянином. В полном молчании преодолели они расстояние от «кают-компании» до порога «рубки». Также молча прошли несколько шагов и остановились перед монитором.

– Смотри, – лаконично произнес начальник Академии.

Экран показывал летящую «Бандероль-21». Пустую. Корпус космического лайнера был целым и невредимым.

* * *

– Не может быть! – Рита не верила своим глазам.

Тело магички, оказавшейся без шлема в открытом Космосе, еще помнило холод.

И не только холод, но и жар, что пек ее сквозь сон-аудиенцию. И омерзительный, режущий уши рев аварийной сигнализации. И разъедающий глаза свет.

– Будь на твоем месте кто-то другой, – чеканил начальник Академии, – я бы не стал его даже слушать.

– А как же?.. – Рита не знала, что ответить.

– Но я видел иней на твоем комбинезоне, – смотрел в изумленные глаза курсантки Аррсений Павилич, – и на твоих волосах тоже. Если бы не это…

Космический волк умолк: и без лишних слов все было понятно.

– Меня исключат? – тихо спросила Рита.

Девушка прекрасно понимала, что первокурснице никто не поверит. А вот трансляции покинутого лайнера – очень даже. Кроме этого осознания, память Риты подкинула ей еще одно событие: исключение из академии курсанта Поттапова. Поддавшись тревоге за отца, накануне загремевшего с инфарктом в здравницу, курсант катапультировался с борта звездолета.