Кассандра

Да уж! Люди!

Аборигены о чем-то совещались, а потом ушли. Через несколько минут в яму сбросили веревку.

Выбравшись из ловушки, Егор огляделся. Возле него на некотором расстоянии стояли те же трое с палками в руках, на конце которых были привязаны острые наконечники. Один из дикарей, постарше, что-то крикнул, видимо, обращаясь к нему, и слегка ткнул наконечником в ногу. Решив, что тот хочет знать, кто он и откуда, Астахов представился, похлопав себя рукой по груди.

– Егор. Я с неба, – показал он пальцем наверх.

Его новые знакомые молча наблюдали за пришельцем, изредка переглядываясь между собой. Одеты они были в какие-то лохмотья, похоже – шкуры животных, ноги обмотаны чем-то гладким, вероятно того же происхождения. Светодиод исчерпал свой заряд и медленно стал гаснуть. Вынув еще один, Егор заметил, как дикари шарахнулись от него и забормотали что-то, но, увидев, что это всего лишь источник света, подошли снова.

– Мне нужно домой. Проводите меня наверх.

Астахов жестикулировал в надежде объяснить им, что он не собирается причинить вред.

Казалось, хозяева пещеры, его понимали. Потом они начали подталкивать его своими палками, давая понять, чтобы он вставал и шел с ними.

С каждым шагом пещера преображалась, и Егор даже засомневался, такие ли уж они дикие – жители Земли. На стенах туннеля появились чашки с горевшим в них каким-то маслянистым веществом. Тропа стала прямой и широкой, кое-где встречались ступени, явно рукотворные. В одном из ответвлений он заметил источник воды – небольшой ручей.

Прямо в стенах были выбиты ниши, в которых горели такие же чаши, но поменьше. Боже! Там жили люди. Им навстречу выходили фигуры в лохмотьях, в том числе несколько детей. Тропа упиралась в большой валун, на котором лежал человек, как предположил Егор, главный из них. Человек поднялся и уставился на него, медленно опустив взгляд на кровоточащую ногу. Укус местной твари, очевидно, оказался заразным.

Мужчина показал пальцем на ногу и что-то сказал стоявшей неподалеку женщине.

Та дала кому-то указание, и к Егору осторожно стали подходить двое с широкой посудиной в руках. Он отстранился и прижался к стене, но потом сдался. Люди обработали рану чем-то пахучим и тянущимся. Только сейчас Астахов почувствовал смрадный запах, пропитавший все подземное поселение.

Ему сунули кусок, похожий на мясо, однако, понюхав его, Егор вежливо отказался от трапезы, хотя голод становился нестерпимым.