Кассандра

Услышав свистящий скрежет, Егор обернулся и увидел, как массивный сегмент одного из куполов начал медленно раскрываться, выпуская несколько автомобилей-внедорожников. До обоняния донесся запах гари. Видно, те работали на древнем топливе, практически не используемом уже более двух столетий.

Энергетические блоки из обогащенного берония были самым экономичным и мощным источником энергии для современной космической и наземной техники. А тут… три автомобиля, напоминающих огромных пресмыкающихся, выползли из ангара и скрылись за поворотом, оставив за собой облако едкого дыма.

В номере было прохладно и чисто, о произошедших здесь жутких событиях и об обыске напоминала лишь красно-желтая лента, опоясывающая душевую кабину. Полиция разрешила ему заселиться в ту же комнату, хотя запрет на пользование ванной снят не был, о чем гласила табличка, висевшая на двери. Плюнув на все запреты, Егор включил воду и, вглядываясь в белизну полимерной емкости, еще долго не решался встать под горячие струи.

После душа его стало трясти.

Нервная лихорадка продолжалась всю ночь, и лишь под утро ему удалось забыться. Проспав несколько часов глубоким тяжелым сном, он не сразу смог вернуться в реальность, когда в помещении назойливо заверещал зуммер полиофона. Прошло еще полминуты, пока Егор сообразил, что это.

– Слушаю, – отозвался он сонным голосом, обратив внимание, что номер абонента не идентифицировался.

На том конце какое-то время молчали, но он слышал чужое дыхание, решив, что еще немного, и отключит связь.

Что-то необъяснимое мешало ему это сделать. Время остановилось. Егор все прислушивался, придя в себя ото сна окончательно.

– У меня есть для Вас информация, – вдруг раздалось в трубке.

– Кто Вы?

Егор почувствовал, как к нему возвращается дрожь.

– Ваш друг.

– У меня здесь нет друзей.

Астахов подумал, что голос, наверняка, искажают, отметив его неестественную металлическую тональность.

– И все же…, – замялся собеседник, – никогда не поздно ими обзавестись. Мне известно о Ваших неприятностях.

Егор прошелся по комнате, поежившись от озноба. Кто-то хочет войти с ним в контакт. Но для чего? Это или очередная провокация, или…

– Вы знаете, кто меня подставляет?

– Я бы предпочел…

– Вы знаете? – резко оборвал его Астахов.

Пауза затягивалась. Наверняка, очередная попытка втянуть его во что-то гнусное. Только теперь он будет играть по своим правилам.

– Да, я знаю.

– Что Вы хотели мне рассказать?

У Астахова защемило в груди.