В темнице Кибелы

Алый величественный Арктур, путь к которому оборвался несбыточной мечтой, мерцал над палубой, и будто обвинял капитана в предательстве. Что он променял его на невзрачную, маленькую, ничем не примечательную звезду, вокруг которой обращалась К04-04 только потому, что скорее хотел попасть на Землю.

– На которой тебя никто не ждёт. – Будто мысленно шепнуло ему далёкое светило.

Действительно, Кристофера никто не ждал, кроме пустого холодного дома и, возможно, парочки звёзд на погоны, если миссия окажется удачной, и начальство сменит гнев от его самовольства на милость.

Как-то не заладилось всё в личной жизни, хотя он неоднократно влюблялся, но эти отношения так и не привели к созданию семьи. А Кристоферу уже перевалило за тридцать, пора бы уже и… Но он упорно отказывался впихивать себя в стереотипные временные рамки, навязанные обществом, полагаясь на судьбу. Он верил в судьбу, хотя всегда в первую очередь спрашивал с себя. В общем, был очень требовательным к самому себе. И, несмотря на то, что весь экипаж поддерживал смену курса, Кристофер считал, что если это решение по каким-либо причинам окажется роковым, отвечать за него придётся только ему.

Он – капитан. Он – первый на корабле. Именно ему нести ответственность за последствия своих действий.

Ещё примерно неделю связь с Землёй была доступна, но Уран так и не сообщил о том, что изменил курс. Через семь дней корабль вошёл в зону радиомолчания.

Снова потянулись однообразные бортовые дни. Зато у астрофизиков теперь добавилось работы.

Они непрестанно трудились днём и ночью, собирая данные о новой планете. Их воодушевлению завидовали все. Хотя, и остальные члены экипажа заметно воспрянули духом, обрадованные тем, что им не придётся ещё пять лет мерить шагами узкие коридоры звездолёта, пытаясь скоротать время, и питаться синтетической пищей, а миссия закончится гораздо раньше.

3

В тот день камень в руках Джеффри ожил снова. Парень протирал пыль на полке с книгами и просто схватился за него, чтобы передвинуть, но тут же почувствовал под своей ладонью какое-то шевеление.

Оно длилось всего мгновение, но Джефф от неожиданности тут же отдёрнул руку, будто схватился за что-то горячее, и внимательно посмотрел на камень. Ему показалось, что он снова поменял форму – стал более приплюснутым, но опять же, парень не мог быть уверен в этом на сто процентов, потому как не помнил его изначального облика. Однако же прожилок блестящих минералов стало гораздо больше.