В темнице Кибелы

Во сне капитану было жарко, он метался из стороны в сторону, ему казалось, что обшивка вот-вот лопнет под натиском такой сумасшедшей тяжести и уже начинает трещать. Тьма хотела ворваться внутрь корабля, тьма искала малейшую трещину в корпусе, чтобы сквозь неё просочиться в каюты и заполнить собою островок потерянного и сбитого с толку человека.

В тот момент, когда терпеть это давление стало практически невозможно, Кристофер впервые и услышал голос.

Он звал его по имени! Вначале капитан не смог определить, кому именно он мог принадлежать.

Он был безжизненным, металлическим, лишённым обертонов и гендерной принадлежности. Но затем в нём однозначно стали проявляться женские черты, и под конец стало совершенно ясно, что голос мог принадлежать молодой женщине, либо тому, что хотело казаться женщиной.

«Кристофер, я не причиню тебе вреда!» – Ясно услышал капитан чужую фразу и проснулся, рывком сев на кровати.

Голос был так реален. Кристоферу казалось, что он исходил отовсюду, из той жуткой тьмы, которая расстилалась за пределами вселенной, и была всеобъемлющей.

«Неужели я схожу с ума?» – Пронеслось у него в голове.

– Нет! – Тут же возразил голос. – Я правда есть. Я – повсюду.

Капитан изо всех сил зажмурился, схватившись за голову и прогоняя наваждение.

Ну всё, он начинал говорить с призраками. Неудивительно, учитывая то, что он пережил, и что жить ему осталось месяца три-четыре, если повезёт.

Даже не жить, а тупо существовать в маленькой консервной банке, застывшей среди непознанного мрака.

Оставшийся день голос не тревожил его, видно, решив, что Крису необходимо разобраться в себе, но как только наступила ночь, и прерывистый неспокойный сон смежил веки капитана, зазвучал снова.

– Кристофер… – Звала девушка.

Отчего-то капитану казалось, что это могла быть юная девушка.

Он даже попытался нарисовать её образ в своей голове.

– Кристофер, не бойся меня… Я помогу тебе… Тебе лишь надо позволить мне проявиться…

Ни с чем не сравнимый ужас вдруг объял капитана. Мало того, что он оказался совершенно один, за пределами вселенной, куда не ступала нога человека, в бескрайней тьме без надежды на возвращение, так ещё и начал сходить с ума.