Дневниковые записки ростовского сыщика

Я был дежурным опером по ОВД, и вот в дежурную часть обратились граждане, которые доставили в милицию Лидиного сына изрядно «помятого» (скорее всего этими гражданами) указав, что этот пацан обворовал их, стащив из их сумки кошелек с деньгами. Поймали его, когда он в очередной раз полез в карман к жертве и уснул…!!! Сергей, так звали Лидиного сына, просто уснул, находясь в состоянии наркотического опьянения. Денег при Сергее обнаружено не было, так как он успел их передать своей напарнице, которая тут же вышла из автобуса.

Граждане возмущенно трясли Лидиного сына, но он «мычал» одно и тоже:

– Я ничего не крал, я ничего не крал…

Граждане нервничали и у некоторых из них глаза стали наливаться кровью. Стало понятно, что если Сергея продолжить держать рядом с разъяренными гражданами, то это для него плохо кончится. Я забрал Сергея к себе в кабинет и оформил его задержание в дежурной части. А с гражданами нужно было что-то решать, не хотелось «вешать» на отдел нераскрытое преступление.

Сергей, естественно, в краже не сознавался и потому мне пришла в голову единственно правильная, как мне показалось, мысль на тот момент – возместить принесенный ущерб путем возврата денег потерпевшим. С этой целью я поехал к Лиде домой.

Когда я зашел в дом, там стоял устоявшийся запах ацетона (он используется для приготовления опийной настойки из маковой соломки), в доме было темно, так как окна были зашторены. Я крикнул в темноту дома:

– Есть кто дома?

В дальней комнате послышалось какое-то шевеление, а затем что-то вроде вздоха.

И я пошел на звуки. В комнате на кровати лежала Лида, находясь в трансе, наверное, после очередной дозы наркотиков. Увидев меня ответила:

А, это ты, Саша? – и после паузы продолжила,

Что случилось?

Я сразу перешел к делу:

В ОВД у нас задержан твой сын по подозрению в совершении карманной кражи. За карманную кражу, конечно, не посадим, но за наркотики может сесть. Сделать это для нас, Лидия, сама понимаешь, раз плюнуть.

Я посмотрел на Лиду, на лице которой появились намеки осмысленного сознания, и она вдруг спросила:

Что делать?

В этом вопросе было все: «Что нужно сделать, чтобы ее сын не сел в тюрьму?»

Лидия–ответил я, – необходимо возместить «терпилам» (потерпевшим) материальный ущерб, в размере 120 рублей (для меня, как и для многих других это были огромные деньги, ведь для многих в то время это была месячная зарплата).