Двенадцать

Долго принимать участие в этом я не смогла.

– Но это же мародерство! Как ты можешь?

– Я ее купил, Таш! – обиженно ответил Миша. – Сиди, разглядывай.

И секунды, в которую я увлеклась изучением того, что оказалось не краденным у несчастных, возможно даже погибших в больнице, людей, Мише хватило на то, чтобы облить ногу перекисью. Стопу жгло и казалось, что нога порезана до кости. Пока я пищала, Миша бережно зашил достаточно глубокую рану, поставил антибиотик. А я, обычно дрожащая от одной мысли о врачебных манипуляциях, почти ничего не почувствовала.

Вот так как ребенок отвлеклась на игрушку. Хитро. Затем парень закрыл рану пластырем, и даже надел и зашнуровал мне ботинок.

– Перестань кривить лицо, там царапина. Ходить будешь.

– Спасибо, доктор Лектер. Но ты же зашивал! – начала паясничать я.

– Да это на всякий случай, просто отрабатывал навык. Смотрю, ты просто преисполнена благодарности. А ведь я мог даже не зайти в парк.

– А мне кажется, что я распорола ногу, как раз потому, что играла в увлекательную игру «Найди ботинки».

– Безусловно. И теперь, как виновник произошедшего я обязан отвести тебя домой. Живете все там же?

– Да.

Я ответила быстро, стараясь показать, что не заметила подтекст, который скрывался за этим коротким вопросом. Мала вероятность того, что мы вместе с родителями переехали. Однако съехать могла я, и он прекрасно знает, куда.

Марк появился в моей жизни сразу после переезда от Миши. И если я отдалилась от Миши из-за чувства, что сейчас невозможно быть уверенным в завтрашнем дне (всем, кроме Миши, который всегда и во всем уверен), и страшно иметь человека, о котором ты начинаешь волноваться больше, чем о себе, то с Марком чувства были совсем иные.

Столкнувшись с ним в продуктовом магазине, куда я сбежала от царившего в тогда еще общем с Мишей доме густого молчания, я даже на минуту потеряла дар речи от человека, каждое движение которого источало сексуальность, а влажные губы и жилистые руки обещали наслаждение. Тогда мы до самой ночи болтали с Марком, гуляя по центру города.

Через пару недель, окончательно разойдясь с Мишей, я уже начала оставаться у Марка ночевать, но никогда он не заговаривал о каких-либо планах. Не старался познакомиться с моей семьей и вообще, встречались мы с ним, периодически. Никакой конкретики. И я получила, что хотела. В моей жизни закончились постоянные попытки нормализовать и устаканить меня.