Заражённые бессмертием

Вскоре «извлечение» получило новый виток популярности ввиду удешевления операции. Сначала это были ненадежные биокомплексы, зачастую контрафактные, но затем, усилили контроль, повысили качество продукции. Все больше и больше людей могли позволить себе «не умирать».

Коллинз воспитывался в семье с консервативными взглядами, и долго не мог принять сам принцип многократного проживания одной сущности в разных телах, считая это вызовом природе. Многие из его круга относились к ИМСам если не враждебно, то настороженно.

Однако все нарастающая популяризация «извлечения», интенсивная критика иных точек зрения, основанных на традиционных ценностях, сделали свое дело.

Коллинз в один прекрасный момент отметил про себя, что уже спокойно относится к своему соседу – ИМСу, а потом они появились и на службе, при этом справляясь с работой ничуть не хуже, а то и лучше обычных людей, которых сейчас стало принято называть «рожденные».

Кто-то придумал более хлесткое название – «выродки», между тем, такое оскорбление строго каралось по Уголовному Уставу Палладийской Республики.

– Там что-то происходит! – крикнул Торро, указывая на городской квартал, вокруг которого начали появляться заторы из летающих машин.

На биофон Коллинза поступил вызов начальника отдела Керка.

– Слушаю, шеф! – ответил он.

После короткого разговора Бен прервал связь и покачал головой.

– Я так и думал…

– Что там? – спросила Штерн.

– Грант… Он покончил с собой.

– Как? – воскликнул Торро.

– Выбросился с двадцатого этажа, – вымученно произнес Коллинз, – все-таки не успели!

– Зачем ты винишь себя, Бен? – возразила Золи, – Может, так оно и правильно, – пожала она плечами, заметив, странный взгляд коллеги.

– Слишком много непонятного, – произнес он.

Они зависли над местом падения тела Гранта и связались с дежурным следователем, производящим осмотр.

Выяснив, что ничего при нем не обнаружено, поднялись на площадку двадцатого этажа и направились в квартиру убийцы.

Бледная женщина примерно в возрасте тридцати циклов сидела сама не своя на стуле напротив Коллинза и смотрела в одну точку, перебирая непослушные пальцы.

– Как Вас зовут? – спросил он.

– Дана… Грант, – тихо ответила она, – где мой муж?

– Мы зададим Вам несколько вопросов о нем.