Заражённые бессмертием

Только после долгих переговоров удалось локализовать конфликт.

– Вы считаете, что ИМСы – более послушны, чем «рожденные»? – спросил Фейн, словно, очнувшись от размышлений.

Казалось, вопрос ошарашил Остина, никогда не допускавшего даже возможности иного пути к прогрессу кроме построения нового общества с доминированием ИМСов. Он был уверен, что это единственный способ сохранить популяцию, пусть даже не совсем людей в традиционном понимании, более того, аргументы в пользу этой самой верной, на его взгляд, позиции, высказаны целой плеядой именитых и уважаемых ученых, политиков и обществоведов, авторитет которых не мог быть подвергнут сомнению априори.

– У меня была возможность не раз убедиться в этом, – осторожно возразил он Фейну.

– Вы упустили одну деталь, мой друг, – покачал головой генерал, помолчав, вероятно, давая возможность Остину самому догадаться об этой детали, – их способности.

Это было обстоятельство, которое смущало его, но Анвар не видел в нем большой проблемы, так как возможный отказ в очередной «процедуре» весьма серьезно дисциплинировал и сдерживал желание ИМСов применять способности во вред.

Кроме того, за все время существования «новых людей» преступность в их среде в сотни раз была ниже, чем среди «рожденных».

Между тем, Фейн явно был озадачен, но не спешил делиться своими соображениями. Всякий раз, когда речь заходила о так называемом обществе будущего, где не будет места естественному происхождению человека, генерал слегка морщился, словно, эта идея вызывала у него приступ зубной боли.

Однако Остин самолично видел личный идентификационный электронный знак начальника под секретным проектом, главным пунктом которого было заселение планет и космических станций преимущественно ИМСами.

«Рожденным» при этом полагалось либо заключить контракт на «извлечение» или покинуть центры цивилизации и доживать остаток своих дней на задворках космоса не в самых благоприятных условиях.

Анвар считал такие меры вполне оправданными, поскольку присутствие в обществе идеи традиционного способа продолжения жизни могло внедрить ненужные сомнения в сознание тех, кто избрал для себя путь прогрессивной личности.

Жаль только, что этот проект реализовывался крайне медленно, законы «со скрипом» проходили обсуждение в Сенате и без особого восторга воспринимались в колониях. Однако он был уверен, что, как только доля ИМСов преодолеет критическую отметку, дело пойдет как по маслу.