Знахарка, маг, воин

Это были чувства Монэ.

Очухалась на полу. Сэт брызгал на меня водой, пытаясь привести в чувства. Кажется, от нахлынувших эмоций меня вырубило.

– Это была плохая затея. Магия на крови – это удел темного братства. По тонкому лезвию идешь дорогая. Оправдывает тебя только желание помочь другу, – осуждающе покачал головой Сэт.

На мгновение мне показалось, что у него за спиной появились крылья. Я тряхнула головой и наваждение рассеялось. Книга злобно бубнила: "Я думала, что освобожусь, а тут опять подстава".

На ее страницах появились записи и рисунки. Она услужливо открыла нужную страницу.

– Ты понимаешь, что совершив такой ритуал, ты всегда будешь чувствовать оборотня, его настроение, его чувства, его боль и радость? – спросил Сэт.

Я кивнула головой.

– Я подготовлю все на кладбище, принеси мне потом Монэ, – попросила я Сэта.

Тот тяжело вздохнул и махнул рукой, ну что же с тобой делать. Гоша храпел на всю кухню и даже не догадывался о происходящем.

Я выбрала место между могил.

Членов семьи хоронили в фамильном склепе, а прислугу и любимых питомцев на территории кладбища. Собрала чертополох, полынь, сурепку, благо добра этого было здесь предостаточно. Выложила круг из травы, поставила чашу с водой. Сэт принес оборотня и уложил в середину. Монэ представлял жалкое зрелище, одна лапа, одна рука, хвост, кошачьи уши и усы на человеческом лице. Да уж…

Села рядом и подожгла траву. Чертополох был сухой и сразу загорелся, а вот полынь с сурепкой стали дымить и чадить, еле тлея.

"Так надо", прошелестел голос в голове. Надрезала кожу на ладонях у себя и у Монэ. Потекла кровь. Взяла его за руки, так что наши раны соединились.

– Духи земли и воды, огня и воздуха, прошу вас, помогите мне и верните душу вашего создания в его тело, – произнесла я заговор на распев.

Где-то завыл волк. Поднялся и зашумел ветер, зашелестела трава, затрещал огненный круг. Заплясали и задвигались тени. Я прикрыла глаза и стала раскачиваться, призывая духов четырех стихий.

Постепенно вошла в транс, видела, как собрались прошлые и будущие дети земли, как кружили они в танце, как пели и били в бубен. За ними ходила какая-то черная тень, смотрела, наблюдала, но близко не подходила.

Пришла я в себе под утро. Моросил мелкий дождик, по полю стелился густой туман. Трава еще дымила, но уже не горела. Рядом свернувшись клубочком, тихо сопел Монэ в человеческом обличье. Я улыбнулась, у меня получилось. Сил не было даже встать.