Аномальный бардак

Весна выдалась теплой, и уже к концу марта весь снег растаял, но я все еще носил куртку. В автобусе было жарковато. Я вытер пару капель пота на лбу и написал девушке, что еду к ней. Прибыв на место, я купил в киоске бутылку воды и жвачку, провел краткий курс отрезвления и отправился в квартиру Тани на втором этаже пятиэтажки.

– Проходи-проходи, – как обычно вяло протянула она, открыв дверь.

На работе дресс-код соблюдают только менеджер по продажам и уборщики, вроде нас с Настей. Таня же носила толстовку с капюшоном, которая будто досталась ей с плеча двухметрового бодибилдера.

На и без того миниатюрной девушке она была огромным мешковатым платьем, рукава скрывали даже пальцы. Работая за компьютером, она закатывала их. Ее движения были плавными, медленными и неловкими, будто она постоянно ходила по дну реки. Проходя в гостиную, она громко шаркала своими тапочками. На ее лице, как и всегда, было неизменное выражение безмятежности. Или даже эйфории. Ни разу не видел ее без сонной улыбки. Потому после корпоратива я мог только предполагать о степени ее опьянения. Она выглядела пьяной круглые сутки.

В небольшой гостиной стояли два кресла, поставленные под углом в сорок пять градусов и к столику между ними, и к телевизору у противоположной стены. Вчера мы действительно смотрели на нем фильм, но только до середины.

– Садись, – предложила она, сама сев там же, где и вчера.

Перед ней на столике стояла кружка с чаем, а рядом – сахарница с выглядывающей из нее пластиковой ложкой.

– Можно и мне тоже? – спросил я, сказав первое, что пришло в голову.

Что бы там ни говорила Настя, а начинать с главного все же было трудновато для меня.

– Завари, – пропела Таня, сверля меня туманным взглядом.

Ни в ее голосе, ни в выражении лица не было ни тени враждебности. И все же было понятно, что она злилась. Возможно, за время нашего общения, я приобрел способность различать ее настроение, не опираясь на внешность. Или кто угодно мог бы понять это по тому, что она, принимая гостя, наслаждалась чаем в гордом одиночестве.

Восприняв это как некий вызов, я ушел на кухню и заварил пакетик еще горячей водой из чайника. Тут пришло осознание, что от такого количества жидкости за сегодня мой мочевой пузырь лопнет в следующие полчаса или около того, но было уже поздно. Лишь бы хозяйка не выгнала меня из квартиры, не дав сходить в туалет. Я выждал три минуты, добавил немного холодной воды, чтобы не обжечься, и вернулся в гостиную.