Аномальный бардак

По телеку шел документальный фильм, содержание которого Вадима нисколько не интересовало. Голос диктора был шумом для ушей, а картинка – шумом для глаз. Я и сам иногда впадал в такие состояния.

Он, мужчина, выглядевший лет на тридцать с лишним, хотя на самом деле был младше, на работе казался мне уставшим от всего. Веки его были наполовину закрыты, лицо обвисло, подбородок был покрыт щетиной каждый день. При этом сами глаза были достаточно бодрыми. Создавалось впечатление, что он не спал три дня, но при этом колет в вену чистый кофеин.

Помню, в первый день на работе я запротестовал против того, чтобы он садился за руль, но, к моему удивлению, Вадим оказался самым аккуратным и эффективным водителем из всех, что я видел. Да и настроение у него всегда было если не веселым, то хотя бы не скверным. Хороший собеседник, хоть и отказывался говорить за рулем.

Тот, кого я увидел в его квартире, был полной противоположностью. Усталость исчезла без следа, теперь он напоминал нормального человека. Вот только теперь свет в глазах погас.

Вглядевшись на секунду, я понял, что шумом для него было не только изображение на экране телевизора, но и мы с Таней.

– Ты нашел место получше? – спросила она.

– Ага. Уеду в тайгу, построю хату. Я хоть и городской парень, но предки же как-то выживали, верно?

– Некоторые, да. Многие погибали, – сказал я. – А теперь серьезно давай.

– Да черт его знает. Плевать уже, вот честно. Смысл-то в чем? Я ведь работаю не оттого, что люблю кататься. Глянь на меня, сижу в этом свинарнике и ни шиша за душой.

Родители померли, друзья разбежались кто куда. Для кого деньги зарабатывать, ради чего? Черт с ними, с деньгами, жить-то ради кого?

Как все запущенно…

– А это? – спросила Таня, указав на втору кровать. – Девушка твоя? Ты о ней говорил пару раз.

При мне – никогда. О его девушке я знал только со слов Насти и Тани.

– А? Да, вот только ушла она.

– Давно?

– Вчера вечером приехал – ее уже нет. Утром проснулся – не вернулась. Значит, с концами ушла.

– Еще и сутки не прошли, а ты уже расклеился! – воскликнул я, не столько в упрек Вадиму, сколько от чистого удивления.

Человек, который даже к огромным пробкам относился философски, превратился вот в это существо, как только его любимая ушла. Хотя ценности у людей все-таки разные. Я слышал про парня, который поразительно легко перенес смерть лучшего друга, а потом бросился под поезд из-за того, что его коллекция марок сгорела при пожаре.