Мрачные истории Заоконья. Сборник мистических историй: рассказы и повесть

Она и раньше не отличалась особой грацией, но теперь передвигалась так, будто ей каждый шаг давался с трудом. И хмурое выражение больше не сходило с ее лица. Я снова и снова задавала себе вопрос, зачем к ней приезжаю, и не находила ответа. А еще меня вдруг осенило, что одна из фигур была удивительно похожа на одну из наших одногруппниц с терапии уверенности. Та, что смотрела вбок, с красными пальцами.

– Тебе Светка что ли позировала? – поинтересовалась я, когда мы поднялись наверх и расположились в кухне.

Подруга долго молчала, отвернувшись ко мне спиной и возясь около мойки.

– Да нет, – наконец ответила она, не оборачиваясь. – По памяти сделала.

Перед внутренним взором у меня вдруг пронеслись остальные фигуры, которые стояли в мастерской. Они не все были накрыты полотном, и я сейчас была готова поклясться, что одна из них сильно напоминала нашу тренершу-психолога, которая учила нас справляться со страхами. Почувствовав, что мои вопросы почему-то раздражают подругу, я промолчала.

Тем временем скульпторша выставила передо мной на стол большую миску, наполненную тыквенными семечками. Целыми. В кожуре и с сердцевиной.

Почему-то при виде этих семечек снизу к горлу тут же поднялся тошнотворный комок, и мне почудилось, что завоняло мышами.

– Не хочешь? – пожала плечами подруга, увидев, что я зажала рот рукой. – Ну, как хочешь.

Она села за стол напротив меня, подвинула миску к себе и, уставившись глазами сквозь меня в одну точку, принялась лугзать семечки.

Очистки она равнодушно сплевывала, и те летели на пол, словно так и нужно было.

– Люблю семечки, – вдруг пояснила она.

– Поэтому у тебя ими весь пол в подвале засыпан? – не выдержала я.

– Не знаю, наверное. Там засыпан пол? – вроде как удивилась она.

Я, не в силах наблюдать, как она щелкает семечки и сплевывает кожуру, стала сосредоточенно рассматривать свои ладони. Надо же, снова испачкалась мелом или гипсом. Все линии на ладонях были белые.

Будто бы я столько возилась с гипсом, что он уже въелся в кожу, заполнил каждую трещинку и складку и больше не смывается. Я нервно потерла ладони друг о друга.

* * *

Через несколько дней я снова пришла в гости к скульпторше. Я еще заранее подготовила кучу ответов с разными формулировками, чтобы выдать по телефону, почему я не смогу к ней наведаться, но как только она позвала, я тут же отложила все дела и отправилась на зов.