Дедушка, не спи!

Иногда Юра представлялся мне скользким змеенышем, способным пролезть в любые щели. Причиной тому был командир, который его постоянно прощал. Пожалуй, во всей роте найдется всего два-три человека, к кому мой дед относился подобным образом. Писарь Серега, старшина Юра и Егиазорян Андрей, не являющийся ни старшиной, ни писарем, ни кем бы то ни было. С отцом Андрея дедушку связывали дружеские отношения. По слухам они пересеклись в одной из войсковых частей и вместе попали под конвой во время вывода войск из Афганистана.

Стоит добавить, что писарю мой дед доверял ключи от канцелярии. А так как в канцелярии находились ключи от всех дверей, расположенных на нашем этаже, писарь имел над ротой мнимую власть. К счастью, он ей не пользовался и не имел привычки оставаться в казарме после обеденного построения.

– Рома сказал, что Юра во-время из к-кубрика смылся. Бах был очень зол, – продолжил Миша.

– А кто их расписывал?

– Писарь. Серега принес книгу. Там Бах увидел что их фамилии в списке, а Юры нет и понеслась… Началось что-то вроде нашего разбора.

Помнишь, как Олег мне припечатал?!

– Еще бы!

– Бах т-так же Рому чуть не припечатал. Считай ни за что!

Я знал, что Саня Бахматов, вопреки своему горячему нраву, никогда не занимался рукоприкладством в роте. В его голове еще имелся стоп-кран, срабатывающий перед тем, как правообладатель выходил на опасный путь. Бах, в отличие от Олега, понимал, что за драку его могли выгнать из казармы. А так как он являлся иногородним, для него это имело большое значение.

Рому он только запугивал. Психологического давления хватало, чтобы парень следил за кубриком, делился едой, и всячески показывал свое уважение товарищам.

– Юра до сих пор не появлялся. Интересно, что он скажет им завтра? – Миша отложил учебник и задумался. – Как думаешь, твой дедушка сказал что-нибудь Олегу п-после того случая?

– Сказать может и сказал, но сделать ничего не сделал.

– А ты бы что сделал?

– Таким отморозкам одна дорога – в армию.

Я бы накатал на него рапорт и отчислил. Но дедушка так не поступит…

– П-почему?

– Он любит воспитывать. И его воспитание отличается от того воспитания, что дают нам папы и мамы. Я это давно понял. Дедушкино воспитание – это испытание силы воли. Вытерпишь его издевательства, значит, способен жить в этом мире, не вытерпишь, значит…

– …не способен… – договорил Миша. – Вытерпел – способен, не вытерпел – не способен. Как просто!

– Не думай об этом.