СМЕХ И ГРЕХ. Рассказы

Березин осматривал уютную квартирку и думал: нет худа без добра. Он будет навещать Шуру. Симпатичная, одинокая женщина. Живет почти в центре города, недалеко от его работы. Все не так плохо!

Заснул он на шелковом белье в обнимку с Шурой. Завтра что-нибудь соврет…

Проснулся Коля от яркого света, ломившего глаза.

Его тряс за плечо огромный мужик в зимнем пальто и со зверской рожей. Шура куталась в халат, съежившись на стуле.

– Ну, что, натрахался, землячок? – спросил мужик.

– Ты кто? – спросил Березин.

– Я муж этой дуры. Как в анекдоте, вернулся из командировки…

– Ты же сказала, что ты не замужем! – сказал Березин Шуре.

Та только шмыгнула носом и отвернулась.

– Сказала! А у самого мозги где?

Коля прикидывал, как бы расстаться с мужиком по-хорошему, когда тот вывел Березина в одних трусах на лестничную клетку. Коля не сопротивлялся.

Вещи Березина уже валялись на ступеньках. Мужик недобро смотрел на него.

– Ну, давай уже! – не глядя на мужика, сказал Коля, приготовившись к удару.

Мужик выматерился сквозь зубы и захлопнул двери.

Березин осмотрелся, соображая, что говорить дома.

проха

Младший сержант срочной службы Виктор Прохоров – для своих Проха – получил поощрение от комроты – увольнительную в город.

В части за Прохой закрепилась недобрая слава. Мордастый и широкий в плечах сержант вызывал подозрения и ревность штабных: его не раз видели с женами офицеров. Но хитрый и осторожный, прямого повода для взысканий Проха не давал. Сослуживцам о своих похождениях не болтал.

Женщин жалел. Для дам гарнизона, задиристый и дерзкий парень был из иной жизни, жизни большого города, о которой он красиво и интересно рассказывал. Он уедет, а они останутся с той же скукой, с разговорами о званиях мужей, об их зарплатах и пайках. Прохоров это понимал. И то ли из озорства, то ли от своего доброго сердца, искренне хотел устроить женщинам, которых любил, хоть небольшой праздник. Заурядная жизнь на гражданке: техникум, компании, девчонки – это было не то, что женщины хотели слышать. Кроме того, хохмач и балагур, он попадал в истории, а таким прощают всё. В стужу он залил водой колёса командирской машины. Пришил к шинели дежурного по части офицера сержантские погоны. От лица командованья части преподнёс генералу лосиные рога, которые нашёл в лесу.

Накануне увольнительной он обзвонил женщин. «Обломают тебе когда-нибудь рога, Вить»! – усмехнулся друг Прохи сержант Караваев. Но Проха лишь ухмылялся.