Песня стихий

Из-за всех этих странных событий она чувствовала себя ненормальной. Её прорвало как газовую трубу, и она потребовала объяснений.

Екатерина держалась из последних сил, чтобы не разрыдаться. Слёзы дочери разрывали ей сердце и причиняли такую боль, которая ведома только любящим матерям. Она закрыла лицо руками, будто желала укрыться за ними от всего мира и от этого огромного чувства вины перед своим ребёнком, так как знала, что именно из-за её решения теперь страдает Маргарита.

– А я говорила тебе, Катя, что так будет.

Я говорила! – из раза в раз повторяла тётка. Виктория понимала, что сестра не готова открыть правду дочери. В одном лишь была уверенность: то, что они пытались скрыть, стало пробиваться наружу. – Отпусти кошку, – попросила она племянницу.

Марго вообще не собиралась слушать её и уж тем более – выполнять приказы. Но, не успев и возразить, невольно опустила свёрток на диван.

– Как ты это делаешь? – требовала объяснений Рита.

– Прости, но дальше наш разговор будет проходить без тебя, – одним щелчком пальцев Виктория погрузила племянницу в сон.

В полной тьме Рите чудилось, что она летит по огромной бесконечной трубе. Время то нещадно тянулось, то начинало мчаться в бешеном ритме.

Голоса её родных доносились лишь эхом и казались какими-то причудливыми, поэтому она не была уверена, что это тот разговор происходит взаправду.

– Мы не должны были этого делать! Я с самого начала знала, что это плохая идея, – звучал в темноте голос тётки.

 – Вы же с Еленой всё равно настаивали. Как я могла согласиться на ваши уговоры?

– Ты согласилась, потому что только втроём мы могли совершить сокрытие, – напомнила мама.

– А ты помнишь про последствия? Что будет, если она не обратится в нашу веру? Чёрт тебя дери, отвечай! – ругалась Вика.

– Успокойтесь, ваши склоки делу не помогут! – вмешался в спор отец. – Нужно решать, что теперь со всем этим делать.

Раздался звук разбитого стекла, сменяющийся хрустом костей.

Это было у Риты в голове. Она уже не летела, а пробиралась через груды мусора и щепок туда, откуда доносились голоса. Но чем больше боролась, тем больше утопала в этой нереальности.

– По-видимому, что-то ослабило чары, – донеся голос тёти Лены до ушей Риты.

– Ага, или кто-то, – фыркнула старшая сестра. – И я догадываюсь, кто мог это сделать.

* * *

Екатерина посмотрела на старшую сестру испепеляющим взглядом.