Песня стихий

– Кто заставил вас охранять фамильный сундук моей… – она замолчала, будто потеряла нить мысли. – Мама, – её же слова отозвались эхом в голове. – Значит, она знает, что вы живые и что я этому причина? – подкативший кисло-сладкий комок обжёг изнутри. С раннего детства мама обманывала её. Всё, что Рита рассказывала, мать преподносила как детские фантазии. Она убеждала дочь из раза в раз, что чудес не бывает и это только воображение. Внутренний голос говорил, что теперь Рита должна верить только себе. Ничего не ответив, она вышла из комнаты и направилась на чердак.

В полной тишине она чувствовала себя очень одинокой. Ей хотелось поделиться с кем-то, довериться тому, кто будет честен с ней и не станет придумывать безумные оправдания лжи и поступкам.

Размышления прервал шёпот. Он был такой тихий, будто бы шелест сухой травы. Зов возник в тот момент, когда весельчак пытался задушить её.

Но сейчас голос звучал как бы возле Риты. Она поднесла свёрток к уху и поняла, что звук исходит прямо из кулона. Теперь она слышала пение.

Оно распадалось на множество голосов. Они перебивали друг друга, словно вели спор между собой. Из-за этого сумбура ничего нельзя было разобрать. Когда пальцы Риты коснулись амулета, раздался короткий треск.

Всё вокруг перемешивалось и напоминало затейливый калейдоскоп. Голоса о чём-то щебетали и манили девушку за собой в неизвестность.

– Не бойся нас, – удалось разобрать через этот причудливый узор. – Мы ждали тебя… так долго ждали… Идём с нами…

– Где я? – оглядывалась по сторонам Марго.

Вдруг стало невыносимо жарко, будто Маргарита угодила в раскалённую печь. Потом она ощутила ветер, он закружил её и ещё пуще раззадорил в ней пламя. Если бы это продлилось на минуту дольше, Рита точно вспыхнула бы как факел. Лишь прохладная вода, которая окутала её, подобно кокону, смогла усмирить стихию. Ступни коснулись чего-то очень мягкого. Под ногами был островок земли, который нёс её по тихой зеркальной реке.

Из пенистой волны к Маргарите вышла женщина, похожая на морскую нимфу.

Её волосы были частью этой вьющейся реки, платье сверкало в нежном свете, словно сшитое из сотни капель. Бирюзовые глаза с интересом разглядывали Риту с головы до ног. Женщина вскинула руки, и из длинных рукавов хлынули кристально чистые струи воды. Они упали на зеленую траву, после чего нимфа произнесла несколько слов на непонятном языке. Трава быстро начала расти и устремляться вверх. Её переплетения и узлы напоминали очертания женской фигуры.