Цугцванг. Сценарий фильма

Предупредили? Зовут Анатолий Львович, – он убирает книжечку, протягивает ладонь. – Будем знакомы?

Они обмениваются крепким рукопожатием, Секачев садится, открывает сумку.

– Чуть не опоздал! Американка прицепилась со своим чемоданом. Видел? Нашла носильщика! Хотел в госпитале навестить, не получилось. В поезде выспимся с комфортом. Тебя окончательно выписали?

– Полностью.

– Набегался по пустыням. Непривычно тут? Дорогое купе, специально для героев. На гражданке скучать будешь! А что? Идея. Возьму к себе! Боевые парни нужны.

Как голова. Не болит?

– Нормально, товарищ полковник.

Секачев достает из сумки бутылку коньяка, складные стаканчики.

– Ну-ну! Не так официально. Давно дома не был?

– Больше года.

– Друзья встречают, родители?

– Должны.

Перрон неслышно плывет, уносит стройную девушку с поднятой на прощание рукой. Заходит проводница, забирает билеты, делает отметки, желает счастливого пути, косится на коньяк, выходит. Полковник встает, задвигает дверь, блокирует стопором.

Снимает пиджак, обнаруживая наплечную кобуру с пистолетом под мышкой. Вешает пиджак на вагонные плечики. Вагон мягко катится, за окном тянутся заводские корпуса. Секачев садится, поддергивает рукава.

– Я еду с тобой не случайно. Догадываешься? – безответная пауза. – Понимаю. Мурыжили два месяца, допрашивали. Ты чист, определенно, но есть моменты.

– Понимаю, Анатолий Львович. Спрашивайте.

Секачев берет бутылку, вытаскивает пробку, нюхает коньяк.

– С заданием понятно, командир подтвердил.

Снарядили под беженца, надели чалму, высадили в пустыне. На вертушке не подобраться, стингеры, пришел пешком. Выяснил, что за лагерь?

– Вербовочный пункт, биржа наемников. Привозят гражданских лиц из Турции, под видом туристов. Сортируют. Направляют по запросам и назначению. Разговаривал с местными бродягами.

– Знаешь турецкий язык?

– Арабский, турецкий. Мама преподаватель английского, всего понемногу.

– Даже завидно, полиглот. – Секачев смотрит изучающе. – Зачем сунулся в лагерь?

– Не совался, накладка вышла, – Платон морщится от досады.

 – Подошел близко. Меня узнал один из туристов, русский. Филимонов оказался. Место открытое, колючка по периметру. Хотел взглянуть, ну и попал. Он меня по имени окликнул.

– Фактор случайности. Окликнул он тебя, что дальше?

Платон отворачивается, смотрит за окно.

– С боевиками не закосишь. Побежал, скрылся в развалинах. Место присмотрел заранее, хотел до ночи переждать. Бродяги, наверно, сдали.