Цугцванг. Сценарий фильма

Всю войну прошел, живым вернулся.

– Да. Твой дедушка воевал, – Марина Сергеевна отмахивается. – Расскажи лучше про себя. Как, что? Ни звонков, ни писем, сообщения по капле в год. Вдруг на войне, в Сирию послали. Куда только ни звонила, ничего не говорят.

Платон отмахивается.

– Мам, договоримся! Про службу не спрашивай. Ты об отце расскажи. Почему он ушел?.. Дядя Толя говорит, все хорошо у вас было. Они в общагу к вам лазили, в роддом приходили. А это правда, у меня глаза синие были?

– Правда, – мать улыбается.

 – И волосики длинные, черные как смола. Когда родился, а потом ты их вышаркал, головой вертел по подушке. Лысина была на затылке. Пустышками плевался! Новые волосы беленькие отросли, с годами потемнели, русыми стали, а глаза карими. Ты кушай!

Платон выпускает кошку на пол, она не уходит, трется мордочкой о тапки. Он берет куриную ножку.

– А кто его убил, не нашли?

Кошка запрыгивает в кресло, ложится на сложенную военную форму, с интересом нюхает.

– Почему убили, – мать равнодушно пожимает плечами.

 – Несчастный случай, сгорел. Пьяный был, уснул, замыкание в проводке. Он в старом доме жил. Ты бы салаты вначале поел? По мясу соскучился ребенок. Вас плохо кормили, да? Похудел.

– А следствие кто вел?

– Мы развелись, лет пять прошло, какие вопросы. А часы Витя Лосев отдал. Потом, когда дело закрыли. Они в копоти были, черные. Не хочу об этом. Расскажи о себе, какие планы. Кушай!

Платон не знает, кушать или говорить, улыбается.

– Анатолий Львович в Москву зовет.

Папин друг все-таки, поможет. Звание обещает, квартира поначалу ведомственная, там видно будет.

– Еще чего. Не пущу! Ты что? Не успел приехать, друга себе нашел. Ты его не знаешь!

Платон, отставив куриную ножку, целует мать в щеку.

– Через год, мам, не раньше. Пока здесь поживу. Не возражаешь?

– Ты что-то скрываешь. Что-то со здоровьем, да?

– Мам, все в порядке! Ты видишь, вернулся живой, здоровый. Не выдумывай. – Платон отщипывает кусок мяса, показывает кошке. Та спрыгивает с кресла, смотрит на хозяйку.

 – Мам, она у тебя дрессированная! Разрешения спрашивает. А где тот дом находится, который сгорел? – он кладет кусочек мяса кошке под нос, та без энтузиазма присаживается, с любопытством трогает кусок лапкой.

– Село Исток, за аэропортом, чуть дальше.

– А родня есть?

– Понятия не имею. А что?

– Съездить хочу, посмотреть. Поспрашивать. Вдруг найдется кто? Не чужие все-таки.

– Вот еще, выдумал. – Марина Сергеевна взмахивает вилкой.