Цугцванг. Сценарий фильма

– Джонсон!! – голос Меркулова, похожий на хриплый рык, разрывает окрестности, заставляя смолкнуть птичий гомон. Над поляной повисает напряженная тишина. Однако скоро одна птичка возмущенно чирикает, другая весело отвечает, через минуту лесная жизнь восстановлена. У пернатых свои дела, не менее важные, чем людские разборки.

– Леня! Ермаков!! Ты здесь?! Выходи!.. Поговорим! А?! – Меркулов высовывает глаз из-за бочки, снова прячется. Безответная тишина. – Тогда стреляй, выхожу! – Меркулов кряхтит.

Подняв автомат над головой, он кладет его поперек бочки, берется за ржавый край, поднимается, по сторонам не смотрит.

Отряхивает со спортивного костюма мелкий мусор, налипший во время боевых маневров. Каждое мгновение ждет оклика, нападения со спины, удара, но не показывает страха, кладет руку, опирается на автомат, поворачивает голову в одну сторону, другую.

Убедившись, что никто на него не покушается, Меркулов с автоматом идет по поляне, обходит джип. Взяв автомат наизготовку, идет дальше, издалека смотрит за угол дома, там нетронутые заросли кустарника.

Обходит поляну по периметру, не забывая смотреть вокруг и под ноги, нет ли примятой травы. Ни одного дерева он не минует вплотную. Сделав полный круг и не заметив постороннего присутствия, он возвращается к домику с обратной стороны. Заросшая тропинка уходит в кусты шиповника. Продираться не имеет смысла.

Меркулов возвращается к дому. Окинув поляну повеселевшим взглядом, он шагает в темноту проема, заходит в дом, и пугается по-настоящему.

Лицом к дверям, спиной к стене, сидит Джонсон в темных очках, в руке охотничий нож с оранжевой рукояткой.

– Ты кто такой? – Меркулов поднимает ствол, сдерживая искушение нажать на курок. Легкое движение пальцем, и ничто не спасет незваного гостя от очереди поперек. Деваться некуда, помещение слишком маленькое. Джонсон это понимает.

Резкий стук возле уха. Меркулов видит краем глаза: из косяка торчит оранжевая рукоятка. Он сморгнул. А Джонсон где?! Острая боль в шее заставляет Меркулова судорожно сжать палец.

Грохот! Очередь идет наискосок, поперек стены, труха летит из бревен. Что толку? Автомат сползает на пол.

•

Лицо Меркулова в оспинах, налитые кровью глаза. Толстая осина, под осиной шатается чурбан. На нем стоит Меркулов, с трудом удерживает равновесие. Свободной рукой пытается ухватить автоматный ремень над головой. Петля на шее, ремень зацеплен карабином, второй конец захлестнут на суку.

– Джонсон, – хрипит генерал.