Разделение вод

Так продолжалось почти что целую неделю. Капитан похудел, оброс щетиной, глаза его горели странным огнем. Штурман, тоже еврей, говорил, что на капитана наслали „айн а-ра“ – попросту говоря, сглазили, и грозился пристрелить старого жреца, жившего в деревеньке.

– Колдуна не оставляй в живых, – цитировал он Тору, поигрывая пистолетом. – Я сам видел, как наш капитан беседовал с этим идолопоклонником. Как бы нам не остаться без капитана…

Мы тревожно переглянулись. Вся команда хорошо знала, какая вакханалия начинается на пиратских кораблях со смертью капитана.

Нередко выборы нового капитана заканчивались только тогда, когда одна половина команды вырезала другую. Но тут на палубу, пошатываясь, вышел капитан Микаэло. Безумным взглядом он обвел команду, и наконец глаза его остановились на мне.

– Иче, зайди-ка ко мне в каюту, – сказал он хриплым голосом, повернулся и затопал вниз по трапу. Не осмеливаясь ослушаться, я отправился за ним.

В капитанской каюте, обычно очень аккуратной (в мои обязанности входила также и уборка капитанской каюты, но он уже неделю никого не впускал внутрь), царил кавардак.

Повсюду валялись скомканные листы бумаги, исчерканные и исписанные какими-то непонятными значками, а на столе я увидел огромный ветхий фолиант, раскрытый как раз посередине.

– Садись, Иче, – сказал мне капитан, а сам плюхнулся в бархатное кресло, которое мы захватили на каком-то корабле, и нацедил себе полкружки отвратительного ямайского рому, выгнанного из сахарного тростника.

– Иче, ты хотел бы бросить ремесло пирата? – спросил он меня.

Странно слышать такой вопрос от капитана. Я даже не знал, что ему ответить, но наконец решился.

– Мне нравится плавать, я не могу жить без моря. Но конечно, если бы у меня было достаточно денег, я предпочел бы купить какой-нибудь небольшой парусник и заняться каботажем. Мне не слишком по душе то, чем мы занимаемся, хотя это и весело.

– Я бы тоже хотел уйти на покой, – сказал капитан Микаэло.

 – Но только тогда, когда у меня будет много денег на безбедную жизнь в моей родной Генуе, чтобы богатые купцы не смели попрекать меня еврейским происхождением.

Тут он перегнулся через стол и сказал мне свистящим шепотом:

– Возможно, нам удастся разбогатеть.

Уж не свихнулся ли наш капитан? А он тем временем захлопнул книгу и показал ее мне.

– Вот видишь? Эту книгу написал губернатор Юкатана, падре Диего де Ланда.