Книга Петра

В немалой степени я также был рад за него, потому как надеялся, что вскоре и мне так же повезет когда-нибудь встретить свою дочь, хоть она и жила совсем в другом городе. С каждым днем я ждал, когда нас выпустят отсюда, но лишь замечал, как значительно нам стали урезать пайки и как отчаяние все больше начинало поселяться в людях.

Глава 6

Инсомния

Подводную лодку то и дело бросало из стороны в сторону, как будто огромные щупальца кальмара хватали ее и тормошили, разворачивая и накреняя под разными углами.

Иногда они часами могли плыть спокойно, хотя нервное ожидание очередных скачек никуда не уходило и всегда держало их в напряжении. За это тихое и безмятежное время каждый здесь пытался выспаться и надеялся на то, что больше не услышит очередных звуков сирены, разносящихся из динамиков подводной лодки. Своими пугающими громкими звуками надвигающейся беды они мелодично разносились из одного уголка субмарины в другой, эхом отражаясь от стен, и угрожающе оповещали, что все это может стать последним испытанием для всего экипажа.

Инсомния лежала в тесной и неуютной каюте и, глядя в потолок, разглядывала капельки крови. Задвинутая шторка ограничивала обзор, и создавалось впечатление, словно ты находишься в некоем пластиковом ящике. И хоть из него ничего не было видно, зато отчетливо можно было услышать, как снова о чем-то шептались ее родители. Они всегда разговаривали очень тихо, как будто думали, что их подслушивают МИ-6 или ЦРУ, но все же, находясь от них не так далеко, она могла, хоть и с трудом, улавливать некоторые слова.

Ее отец, в очках и с броской лысиной, только казался обычным, заурядным преподавателем городского университета. О том, что он не был таковым, она догадалась еще в последних классах средней школы. Точнее, он был не только им. Подозрения начали рождаться еще в детстве, когда он пропадал неделями, уезжая, как он говорил, на конференции. Иногда это происходило внезапно поздней ночью, иногда просто за ужином раздавался телефонный звонок.

Но чаще ее отец просто забегал домой и открывал дверку шкафа, доставая из него дорожную сумку, после чего спешно складывал туда предметы первой необходимости и покидал дом.

Когда ей исполнилось четырнадцать, она начала подозревать его в изменах матери. Юный альтруистический разум не мог понять, как он может поступать так с тем человеком, которого он так любит и каждый вечер питает такими нежными красивыми словами.