Псевдобомбист, лысая Люстра и небесный Царьград

Однако не чихнула, а сказала вместо этого:

– Просто капец какой-то – предлагать такое ни с того ни с сего.

И, подумав немного, добавила:

– По-моему, ты малость не в себе.

– О, ещё как не в себе! – с готовностью подтвердил он. – Это невозможно даже представить и описать словами, до чего я не в себе! Разве мыслимо остаться в равновесном образе среди нескончаемой ярмарки недоверия и злобы, среди беспочвенных иллюзий, помноженных на непостоянство? Нет-нет, совершенно немыслимо! Я боюсь потеряться, исчезнуть, ведь это несправедливо, я не должен исчезнуть, потому что моя личность невоспроизводима, но всё происходит совершенно неправильно и непредсказуемо, и виноватых не отыскать, и никуда не достучаться, это просто бред какой-то, я заблудился, несмотря на то что никогда не переступал границ дозволенного, а если даже и переступал, то, по крайней мере, делал это без злого умысла, но с другой стороны, разве мыслимо нормальному человеку не заблудиться, если здесь всё по-другому, не так, как надо, хотя мне кажется, теперь везде всё не так, как надо, непонятности сыплются одна за другой, конца и края им не видно! Охо-хо-хо, на самом деле сложившаяся ситуация представляется мне шире и глубже, чем возможно выразить словесно, потому всё, что ни скажу, окажется наполовину враньём, а может быть, даже на девяносто процентов окажется враньём, однако не погибать же как попало и где попало, тем более преждевременно, человек не виноват, что уродился таким, каков он есть, даже если другие в нём вдруг увидели нечто противное их пониманию – да-да, это какой-то бред, какая-то дополненная реальность, никому подобного не пожелаю, но если другие уверены в своей непоколебимости, то я ни в чём не уверен и ни в ком не уверен, а в себе особенно… Так можно мне пожить у тебя хотя бы некоторое время, а?

Люстра не предполагала в себе уклона в благотворительную сторону.

Оттого она помедлила несколько секунд, озабоченно почёсывая затылок и прислушиваясь к своему настроению. Всё вышло за привычные рамки и не подавало ни малейших признаков скорого возврата на прежние позиции. Точнее сказать, всё перевернулось с ног на голову и сулило непонятное. Чувствуя это, девушка, с одной стороны, понимала измордованного гостя как фактор тревожной нестабильности, но с другой – видела в нём свежий луч среди обрыдлого бытовращения и даже подобие неясного обещания.