Армагеддон

Группа гостей, стоявших у Трианона, попятилась в стороны, и все увидели темный силуэт, возникший в глубине зеркала.

Это была баронесса Фрида фон Шпильце, ее бледное лицо выплыло из клубов тьмы. Осмотрев присутствующих, баронесса загадочно улыбнулась, и ее изображение растворилось в зеркале. Но два других стекла Трианона пошли волнами, взбугрились и вдруг разверзлись, выпуская две черные фигуры.

– О господи! – потрясенно выдохнула Гольданская, отшатнувшись от Трианона.

– Посланцы баронессы?! Какая приятная неожиданность! – улыбнулась Гертруда.

Иннокентий Бест ошеломленно уставился на пришельцев. Он уже видел раньше подобное черное лицо без единой выпуклости, эти жуткие светящиеся в темноте глаза без зрачков. Два пришельца, похожие друг на друга, как две капли воды, были точными копиями Двуликого!

Они одновременно склонили головы перед Гертрудой, и каждый ударил правой рукой себя в грудь.

– Поддержка нам сейчас не помешает, особенно со стороны мастеров своего дела, – поклонилась в ответ ведьма.

– Как?! Как они прошли? – удивленно спросил Михаил Башаров.

– В груди этих созданий бьются стеклянные сердца, наполненные кровью Созерцателей, – ответила Гертруда. – Повелитель Кукол хорошо знает свое дело! Зеркала и заклятия для них не преграда. Назовите ваши имена!

– Зед, – ответил тот, что стоял слева.

– Курт, – поклонился тот, что вышел из правого зеркала. – Дама Теней прислала нас в помощь вам, госпожа Болховская.

– Прекрасно, – кивнула Гертруда. – У меня уже есть для вас работа! Итак, – она повернулась к собравшимся, – если ни у кого больше нет вопросов, можете расходиться! У нас впереди много важных дел!

Члены дворянского собрания, потрясенные увиденным и услышанным, медленно двинулись к выходу. Бест ощущал на себе косые взгляды, видел, что далеко не все довольны происходящим, но ему было плевать на мнение этих людей. Он жаждал могущества! Гольданская уже исполнила свое заветное желание, теперь его очередь! Осталось совсем недолго.

Жаль, что Шахиня не сможет разделить его триумф, но она сама виновата. Гертруда оказалась права, с некоторых пор влюбленная в него ассистентка стала не помощницей, а обузой. Да и зачем она ему, если у него теперь есть Гертруда? Она куда красивее и могущественнее этой несчастной азиатки.