Пандемониум. Дом у Змеиного озера

 – Мы пробили его отпечатки пальцев по базе данных Департамента безопасности. Мелкая сошка, ничего серьезного за ним не числится. В основном мелкие кражи, мошенничество и хулиганство.

– Это не может не радовать. Но что с ним будет дальше? – спросила Евгения у Мезенцева.

– Я уже связался с Департаментом безопасности Санкт-Эринбурга, они скоро его заберут, – пообещал шериф. – Но сначала надо поставить его на ноги.

– Лечить жуликов под охраной полиции мне еще не приходилось, – озабоченно призналась Евгения.

Они вошли в уютную, ярко освещенную палату.

На единственной койке, стоящей у окна, лежал бледный Шкворень с перебинтованной головой. Обе его руки покрывал гипс. Увидев шерифа, бандит побледнел еще сильнее, чем прежде, и стал похож на статую из белого мрамора.

– Проснулась, спящая красавица! – язвительно отметил Борис Макарский. – Или прикажешь называть тебя Тутанхамоном?

– Почему Тутанхамоном? – заикаясь, поинтересовался Шкворень.

– Потому что ты сейчас – вылитая мумия из саркофага! Наверное, даже на Тутанхамоне не было столько бинтов.

– А вам лишь бы издеваться над несчастным человеком! Скажите лучше: вы нашли ее? – хрипло спросил Шкворень и закашлялся.

Евгения налила ему стакан воды из пластиковой бутылки, стоящей на тумбочке у кровати.

– Ее? – переспросил Мезенцев. – Пока никто не задержан, кроме тебя. А мы пришли поболтать о том, что случилось. Что привело тебя в музей?

– Да как обычно, шериф. Что за глупые вопросы? Решил немного обогатиться за чужой счет…

– Хочешь сказать, что ты был один? – тут же спросил Макарский.

– Один! – торопливо воскликнул Шкворень. – Совсем один!

– Камера слежения у выхода из музея зафиксировала на стоянке две тени. Так что хватит нам тут заливать! Свидетели уже рассказали нам о твоей подельнице. Кто она, кстати?

– А я своих не выдаю, – ухмыльнулся бандит. – Дороже выйдет. Раз уж попался, так это исключительно моя вина…

Он покосился на гипс, покрывающий его руки от плеч до запястий.

– Так кто тебя избил? – спросил пожилой полицейский.

– Женщина, – с уверенностью заявил Шкворень. – Я хорошо разглядел белое пальто с черными кружевами.

– Так ты утверждаешь, что это женщина сделала из тебя отбивную? – искренне удивилась Евгения.

– А то кто же?

– Она что, увлекается единоборствами?

– Кто ее знает? Я, конечно, дал ей сдачи, но это все равно что стучать по дереву. Твердая, как доска…

Евгения Белявская и Владимир Мезенцев удивленно переглянулись.