Пандемониум. Город темных секретов

Серафима смущенно прокашлялась и встряхнула головой. Нужно собраться и выкинуть из головы все лишнее! В этом состоит залог успешной операции.

– Второй зал отсюда, витрина у самого окна, – ответила девушка. – Поторопись, а мы подождем здесь, у нас ведь нет таких крутых способностей.

Ликой молча кивнул и медленно, как человек, бредущий по мелководью, двинулся в соседний зал. Серафима глубоко вздохнула. Она всегда волновалась, когда участвовала в подобных вылазках, но сегодня волнение было каким-то особым, и она не могла понять почему.

Дело в Ликое? Или в самом задании… Нет, определенно нужно собраться с мыслями и успокоиться.

Тем временем Хохотунчик подошел к дверям и осторожно заглянул в первый зал. Стеклянные витрины мерцали в тусклом свете дежурного освещения. На отполированных до блеска полах из черного и серого мрамора виднелись странные символы, вытравленные прямо в камне. Египетские иероглифы, оккультные знаки. Похоже, дизайнеры интерьеров, оформлявшие этот зал, увлекались мистикой и оккультизмом.

– Сколько тут всего! – восхищенно присвистнул Хохотунчик. – Может, прихватим еще пару картин, Серафима? Они ведь стоят бешеных денег. Барон ничего не узнает, мы найдем покупателя самостоятельно.

Серафима раздраженно закатила глаза. Как можно быть таким тупым и беспечным?! Этот тип ей совершенно не нравился. Огненно-рыжий, весь какой-то дерганый, с бегающими глазками, словно он все время чего-то опасался. Или высматривал, что бы украсть!

– Отец всегда все узнает, Хохотунчик, – ответила она, пристально наблюдая за Ликоем.

 – Мы пришли сюда с конкретной целью, так что не будем отвлекаться по мелочам!

– Хороши мелочи! Миллионов на пять-шесть потянут, если найти хорошего клиента!

Ликой уже перешел в следующий зал, передвигаясь в своих кроссовках бесшумно, словно крадущийся кот. Там он быстро отыскал нужную витрину, окруженную начертанными на полу оккультными знаками, и восхищенно замер перед ней, обнаружив цель их сегодняшней операции.

Под высоким стеклянным колпаком на подставке, обтянутой красным бархатом, стояло четыре больших золотых кубка, украшенных драгоценными камнями.

Три поменьше составляли ровный треугольник, в центре которого находился самый большой кубок, инкрустированный крупными рубинами. Табличка на витрине сообщала: «Кубки Ивана Грозного, XVI век». Видимо, в те времена не скупились на золото и драгоценности, когда изготавливали царские столовые приборы.

– Нашел! – коротко сообщил Ликой.