Пандемониум. Восход багровой ночи

Машины горят, самолеты падают… Могут и грабители в подворотне прирезать! Егор пока не напоминает мне о разводе, но когда-нибудь снова поднимет этот вопрос! А я не хочу становиться нищей! Только не сейчас.

– Может, тебе стоит быть с ним поласковее? – фыркнул Олег. – Глядишь, изменит свое отношение…

– Думаешь, я не пыталась? Но все без толку! Он по-прежнему встречается с этой сушеной воблой Сухоруковой! Она даже в больницу с ним ходит!

– Зато ты еще ни разу там не появлялась.

– Сейчас речь идет не обо мне! От него нужно избавиться… И чем скорее, тем лучше.

Как жена, я должна быть первой в очереди на наследство!

– Не гони лошадей. Все должно идти своим чередом.

– На твоем месте я не была бы так спокойна, – язвительно усмехнулась Анфиса. – Мы даже не знаем, кто из сестер выжил. Если Ирина, она точно не простит тебя. Эта змеюка способна на такое, что тебе и не снилось, уж я-то знаю! А если Лиза… Она сможет разоблачить наше вранье. Я ведь сказала полиции, что сестры отправились кататься на яхте вдвоем.

Лиза опровергнет мои слова, и это вызовет подозрения полиции.

– Скажешь, что знаешь все со слов Ирины. Может, это она тебя обманула…

– Верно. Об этом я как-то не подумала, – призналась Анфиса.

– Потому что в нашем дуэте мозги есть только у меня, – злобно произнес Олег.

– Лучше тебе заткнуться и подумать, что предпримем дальше, – оборвала его Анфиса. – Если мы хотим заполучить миллионы Зверевых, все они должны умереть! Эх… Почему нельзя было собрать на той яхте сразу всю семью?!

– Тогда и тебе пришлось бы отправиться вместе с ними, – хохотнул Олег.

– Дурак! – Анфиса ударила его по руке. – Но я говорю серьезно. Займись Егором немедленно! Или я сама им займусь!

Олег мгновенно перестал улыбаться. Протянув руку, он схватил Анфису за шею так резко, что та не успела отскочить.

– А теперь послушай меня, – жестко сказал Олег. – Только попробуй что-нибудь предпринять без моего ведома! Я не хочу, чтобы из-за твоей тупости нас обоих посадили.

Мы будем следовать моему плану, и никакой самодеятельности. Это понятно?

Анфиса прохрипела что-то нечленораздельное.

– Что?! – злобно переспросил Олег, слегка ослабив хватку.

– Понятно… – испуганно кивнула она.

Дубровский резко отпустил ее, и Анфиса рухнула в кресло, схватившись руками за шею. В ее глазах читался страх. Она никогда еще не видела Олега в таком гневе.

Дубровский сунул телефон в карман джинсов и отправился в свою комнату.