Чернокнижец. Ледяной кокон смерти

Руки имели разную форму, одна нога была короче другой, кожу покрывали многочисленные швы, кое-где до сих пор стянутые толстыми суровыми нитками. Сейчас старик выглядел гораздо хуже. Швы, покрывающие бугристую, желтоватую плоть, воспалились и сочились гноем.

Магии, с помощью которой старик продлевал себе жизнь, хватало ненадолго, поэтому приходилось регулярно повторять ритуалы и заменять отслужившие части тела другими, посвежее. И все же Мастер Игрушек существовал так веками, накапливая познания в темных науках, магические артефакты, книги, золото и драгоценности.

В подземельях особняка имелись тайные комнаты, набитые деньгами и слитками; лаборатории, где зрели в специальных стеклянных саркофагах искусственные тела; склады оружия, коллекции магических артефактов, а также особые комнаты, в которых иногда жили очень странные постояльцы.

Денис попал в этот дом не так давно, но уже успел привыкнуть к его мрачным чудесам. Кроме самого колдуна в особняке обитали две служанки, скрывающие свои лица под капюшонами.

Мастер Игрушек как-то рассказал, что создал Вету и Клеа искусственно в своей лаборатории. Обычно они сновали по дому бесшумными тенями, выполняя работу. Внешне женщины были неразличимы, но Клеа умела говорить, а от Веты Денис ни разу не слышал ни единого слова.

Как-то, случайно забежав на кухню, парень увидел одну из служанок без капюшона, и эта ужасная картина надолго запечатлелась в его памяти. Наверное, это была Вета, – сразу стало понятно, почему она молчит и по какой причине обе женщины прячут лица.

С того дня Денис был только рад этому. Некоторые вещи лучше не видеть.

Денис Чернокнижец родился в городке Клыково, воспитывал его родной дед Василий Глебович, отец погибшего отца. Дед владел лавкой оккультных принадлежностей «Манускрипт», которая официально считалась обычным магазином антиквариата и сувениров, они с Денисом жили в комнатах, расположенных на втором этаже над магазином. Василий Глебович пытался приобщать внука к своему делу, но того торговля совершенно не интересовала.

– Бестолочь, – беззлобно говорил дед, когда Денис в очередной раз не мог разобраться с устройством кассового аппарата или правильно посчитать сдачу. – Вот помру, кому мой магазин останется? Тут одного товара собрано на великие тысячи! За артефактами аж из самого Санкт-Эринбурга знающие люди приезжают. Можно безбедно жить долгие годы, вообще не обновляя ассортимент.

– Не хочу я всю жизнь просидеть в этой пыльной лавке! – фыркал в ответ Денис.