Сердце дракона

Я многое хочу тебе объяснить.

Лицо Дмитрия напоминало непроницаемую маску.

– Мне не интересно то, что ты хочешь рассказать, – холодно произнес он. – Алекс здесь, ему нужна правда о его матери. И только ты можешь рассказать ему обо всем. Ведь даже я этого не знаю.

Корделия перевела взгляд на Алекса, застывшего на некотором расстоянии от решетки. Он не сводил с нее глаз.

– Хочешь знать, почему я оставила тебя, Алексей? Почему просто исчезла из твоей жизни?

– Конечно хочу! – горячо ответил Алекс. – Эта тайна всю жизнь не дает мне покоя!

– Я обязательно расскажу тебе.

Но лишь наедине. – Корделия красноречиво покосилась в сторону Дмитрия.

– Об этом и речи быть не может! – взорвался Грановский-старший. – Магистр никогда этого не допустит!

– Магистр… Я и забыла, какое влияние имеет на тебя этот жуткий человек. Но сейчас его здесь нет, – грустно улыбнулась Корделия. – Чего же ты боишься, Дмитрий? Я заперта в этом погребе, а решетка крепкая, так что я не смогу сломать ее и наброситься на собственного сына.

Да и к чему мне это? Не забывай, что я сама сдалась на милость Созерцателей, а ведь могла просто скрыться из Ост-Стингера. Вы бы ни за что меня не нашли.

– Решетки не удержат твой ядовитый язык! – уже спокойнее ответил Грановский-старший.

– Пап, – тихо попросил Алекс. – Ну пожалуйста…

– Я не позволю ей запудрить тебе мозги. В этом она большая мастерица!

– Но я пришел сюда ради правды. И я должен ее выслушать… Ты можешь оставить нас хоть ненадолго?

– Но я…

– Пожалуйста, – твердо произнес Алекс.

Дмитрий осекся и хмуро взглянул на него. Затем посмотрел на Корделию, неподвижно застывшую по ту сторону решетки.

– Ладно, – неожиданно смирился Дмитрий. – У вас есть десять минут, не больше! Я буду неподалеку.

И, развернувшись, он быстро зашагал по коридору. Когда шаги Дмитрия стихли за поворотом, Корделия перевела взгляд на Алекса и тяжело вздохнула.

– Он всегда был не слишком терпимым человеком. Но я действительно любила его…

– Отчего же ушла? – хмуро спросил Алекс.

Корделия медленно приблизилась к решетке и обхватила прутья руками. Затем посмотрела сыну в глаза.

Их разделяло не больше полуметра.

– Я всегда знала, что рано или поздно этот разговор состоится. Но мне все равно очень трудно говорить с тобой об этом. Ты должен узнать правду Алексей, причем узнать ее именно от меня, а не от кого-либо другого, – тщательно обдумывая каждое слово, медленно произнесла Корделия.