Автобиография йога

Пока мы ели манго и миндальные конфеты, гуру ненавязчиво вплел в нашу беседу глубокое знание моей натуры. Я был поражен величием его мудрости, изысканно сочетающейся с врожденным смирением.

– Не горюй о своем амулете. Он выполнил свое предназначение.

Подобно божественному зеркалу, мой гуру, по-видимому, уловил отражение всей моей жизни.

– Я так рад видеть вас воочию, Учитель, что мне больше не нужны никакие талисманы.

– Пришло время перемен, поскольку ты не обрел счастья, проживая в той обители.

Я не рассказывал ничего о своей жизни, теперь это казалось излишним! По непринужденному и спокойному поведению гуру я понял, что он не хочет слышать изумленные восклицания по поводу своего ясновидения.

– Тебе следует вернуться в Калькутту. Зачем исключать родственников из твоей любви к человечеству?

Его предложение привело меня в смятение. Родные предрекали мне возвращение, хотя я не реагировал на их многочисленные просьбы в письмах. «Пусть молодая птичка полетает в метафизических небесах, – писал Ананта.

 – Его крылья устанут в плотной атмосфере. Мы еще увидим, как он спикирует к дому, сложит крылья и смиренно осядет в нашем семейном гнездышке». Это обескураживающее сравнение врезалось в мою память, и я был полон решимости не «пикировать» в направлении Калькутты.

– Господин, я не вернусь домой. Но я последую за вами куда угодно. Пожалуйста, скажите мне ваш адрес и ваше имя.

– Свами Шри Юктешвар Гири. Моя основная обитель находится в Серампуре, на Рай-Гхат-лейн. Сюда я приехал всего на несколько дней, чтобы навестить мать.

Я поразился замысловатой игре Бога с верными последователями. Серампур находится всего в двенадцати милях от Калькутты, но в тех краях я никогда даже мельком не видел своего гуру. Для встречи нам пришлось отправиться в древний город Каси (Бенарес), освященный воспоминаниями о Лахири Махасайя. Эта земля также была благословлена стопами Будды, Шанкарачарьи и других Христоподобных йогов.

– Ты придешь ко мне через четыре недели, – впервые голос Шри Юктешвара прозвучал сурово.

 – Сегодня я выразил свою вечную симпатию к тебе и не скрывал, что счастлив найти тебя, – вот почему ты игнорируешь мою просьбу. В следующий раз, когда мы встретимся, тебе придется вновь пробудить мой интерес: я не приму тебя в ученики так просто. Мое строгое обучение требует полного послушания и подчинения.

Я упрямо молчал. Гуру сразу понял мое затруднение.

– Ты думаешь, что родные будут смеяться над тобой?

– Я не вернусь.