Зараза 2: Львиное сердце

Штуцер, конечно, был бы понадежней, но действия обезболивающих пластырей закончилось, плечо ныло и не то, что штуцер, приклад АК-12 причинял боль при стрельбе. Да и по-тихому бы не получилось.

Я пробежался до здания почты, прыгнул на перила, а с них перебрался на козырек. С него забрался на ближайшую решетку и сквозь разбитое окно и погнутые жалюзи стал пытаться, что-то разглядеть.

Увидел холл, край лестницы и стулья для посетителей в коридоре вдоль стены. Шаркуны – не толпа, но бродили довольно свободно.

Никуда особо не ломятся, никого не караулят, зато, как почувствовали меня, сразу же потянулись в мою сторону.

Будем считать, что здесь чисто.

Вернулся на козырек, снизу уже стояла парочка шатунов и высматривали меня. МПЛ на фоне долбежки по жалюзям у меня за спиной тихонько хлопнул два раза, выбивая остатки мозгов стоящим внизу. Я набрал в легкие побольше воздуха и закричал: «Ребеккааааа», а потом спрыгнул и бросился к козырьку здания напротив, проскочив метрах в десяти от привлеченных шаркунов.

Мда, орать, конечно, не самая лучшая идея, но если они куда-то заныкались, то я их в жизни не найду.

Куда могла деться молодая напуганная девушка? Церквей тут полно, почтовых отделений всего два на весь город, зато церквушка чуть ли не на каждой улице. Во Фритауне связь, похоже, налажена только в одну сторону, но Ребекка из Дании, а как там с этим дела обстоят, я даже не знаю. Но скорее всего таким, как она уверенность дают другие постройки.

Посольство, например, но оно далеко.

Полицейские участки, но они давно разграблены и полны мертвяков. Остается банк. Но, с другой стороны, она же пошла искать детей, а тем больше подойдет школа или развлекательный центр. Куда бы я пошел, кроме милиции или папиной работы, будь я десятилетним пацаном в городе, кишащим зомби? Хотя я тоже не показатель, у нас в закрытом городке и Дом Офицеров был и КПП с бойцами при оружии.

Ну или бы просто вернулся бы в свой пионерский или, может, здесь бойскаутский, приют. Банк, мне кажется, я вижу дальше по улице, верхушка церкви торчит всего через пять домов, а до приюта чуть меньше километра дворами, потом серия тростниковых построек вдоль пляжа, а дальше уже открытая вода.

Под ногами скопилась уже довольно большая толпа мертвяков и все время подтягивались новые. Жара спадала, но ветерок еще холодным не был, наоборот, душным, все время казалось, что не хватает кислорода, чтобы вдохнуть полной грудью.

Если стемнеет, то я уже точно никого не найду.